Особняк Моровых в сердце Москвы становится центром внимания при каждом возвращении Ивана Владимировича. Сегодня оттепель и легкий баланс между теплом дома и холодом улицы только добавляют незаурядной атмосферы его дневных обычай.
Сегодня я сделал вам замечание, господа студенты, но это последний раз, когда я проявил снисхождение. Если вы не сдадите следующий зачет — я лично буду настаивать на вашем исключении. Всем понятно?
Да уж, кто бы знал, что из всех моих проблем в этом мире именно студенты станут злом, которое сможет меня взбесить. Впрочем, если они не проникнутся озвученными перспективами, от них все равно нужно избавляться.
Настоящим чародеем может стать только тот, кто действительно понимает, зачем приходит на мои занятия.
Глава 22
— Иван Владимирович, вы уверены? — подняв взгляд от лежащих на ее столе документов, уточнила Екатерина Вячеславовна.
— Уверен, госпожа директор, — кивнул я, откидываясь на спинку кресла. — Я понимаю, что они молоды, им хочется жить и радоваться. Однако столь вопиющее наплевательство по отношению к моему предмету я прощать не буду. Две недели назад я поставил их в известность, что буду настаивать на отчислении, если не возьмутся за ум. Они не взялись, и вот я здесь."
"Александрова вновь вернулась к бумагам и несколько секунд перебирала листы, на каждом из которых были скрупулезно отмечены темы и вопросы, с которыми каждый конкретный студент не справился.
На самом деле отстающих по учебе было немного. Для подавляющего большинства угрозы отчисления хватило. И только семеро во всей академии решили не исправляться.
— Может быть, с ними стоит провести дополнительную беседу, — глядя на меня с вопросом в глазах, предположила директор.
— Так они понимают, какой шанс им выпал, и занимаются со всем возможным усердием, — возразил я. — И к тому же, если я буду прощать подобное наплевательское отношение к своему предмету, завтра к этим семерым присоединятся еще семеро. Ведь они увидят, что никакого наказания не последует, и можно спокойно просиживать штаны в академии.
Александрова кивнула, отводя взгляд.
Для нее это тоже была крайне болезненная тема.
