Меня похитили.Сопротивление бесполезно. Я - заложница.Словно в насмешку, он держит меня в красивом месте. Там, откуда просто физически невозможно выбраться. Бежать бесполезно и даже опасно. Но самое страшное не это… Самое страшное, что спустя время, когда он решит меня отпустить, бежать я не захочу…...
— И ты пошел на хрен!"
"Отталкиваю от себя Вадима, хватаю сумку с дивана и бегу вниз. Расталкиваю толпу. Выхожу в коридор, но не успеваю дойти до выхода, как меня догоняет Вадик.
— Александра! — дёргает за руку, вынуждая остановиться.
— Я указала направление! Туда тебе и дорога! — кричу ему в лицо, одёргивая руку.
— Ты меня посылаешь? А позволь спросить за что? — зло скалится, не выпуская моей руки, сдавливая ее до боли. — Ты сама пошла с ним танцевать и сама повела себя неадекватно.
Закрываю глаза. Глубоко вдыхаю, пытаясь взять себя в руки.
— Ну пусть будет так, — уже более спокойно, но холодно отзываюсь я. — Иди, облизывай своего партнёра. А меня отпусти, — со всей силы дёргаю рукой, и Вадим отпускает. Разворачиваюсь и вновь бегу на выход. Я хочу, наконец, покинуть это душное место.
— Сашенька, подожди! Я довезу. Я сейчас! — кричит мне вслед Вадик уже виноватым тоном. А мне одновременно смешно и тошно. Как же, если я приеду домой одна, да еще и не в духе, папочка будет недоволен. Даже не думаю останавливаться, меня взрывает от злости и гадских немужских поступков Вадика.
Противно.
Выхожу на крыльцо клуба, оглядываюсь в поисках такси, но, как назло, нет ни одной машины. Спускаюсь с лестницы и заворачиваю за угол, где поменьше света, но хорошо видна стоянка. Достаю из сумки телефон и вызываю себе такси. Машина будет через десять минут. Шарю в сумочке, нахожу пачку сигарет, вынимаю одну, но никак не могу найти зажигалку.
Черт. Давно так не нервничала и не курила. Нет у меня зажигалки, либо я ее потеряла.
Перед моим лицом вдруг озаряется всполох огня. Вздрагиваю от неожиданности и медленно поднимаю голову. Серебряная зажигалка с выгравированным черепом, скорее всего, бензиновая – запах горения специфический. Легкая небритость на волевом мужском лице и невероятно черные, как глубокая бездонная пропасть, глаза.
Сглатываю, но прикуриваю. Глубоко затягиваюсь, выпускаю дым в сторону и киваю.
— Спасибо, — мне не по себе. Не нужно было уходить с крыльца. Ну, черт с ним, с Вадимом. Довез бы меня, а уже дома я бы его послала. Немного отступаю, но мужчина не уходит. Курю, но ничего не чувствую, становится жутко. Оглядываюсь назад: темный переулок. Впереди освещенная стоянка.
