В Ловушке для беглецов вы встретите пылесо刮的, где каждый перекресток может быть тонким граничом между жизни и смертью. Каждый шаг подстёгивает вас к открытию следующей страницы, и вы не знаете, где окажется черная лестница ведущая к опасности.
На улице опять послышались шаги, эти шаги тоже приближались к подъезду…
— Клава! Ну как мальчик-то? — донесся голос старушки, она, наверное, опять сидела на лавочке.
Клава!.. Меня как будто током ударило. Ведь это же та самая тетя Клава, которая выгоняла Алёшку!
Шаги затихли, и я услышал голос тети Клавы:
— Да неизвестно ничего. Муж вот все по милициям бегает.
— Хороший был мальчик-то!.. — запричитала старушка.
— Они все хорошие, когда спят, — ответила тетя Клава и подошла к самой двери.
— А как же родителям-то, написали? — опять остановила ее старушка.
— Нечего зря беспокоить. Найдется — тогда напишем! — И она открыла дверь."
"Хотя Алёшка и говорил, что она красивая, но я ему не поверил. Я думал, что такая тетя Клава обязательно должна быть страшная и противная. Но Алёшка оказался прав — она на самом деле была красивая. Правда, похожая на цыганку — в длинной такой юбке и с распущенными волосами. Не знаю, но мне такие худые и накрашенные никогда не нравились.
Она прошла мимо меня, простучала по ступенькам, и шаги затихли… Я точно определил — на той же площадке, где остановился отец Бяшика.
Оттуда до меня донеслись приглушенные голоса. Я никак не мог разобрать, что они там говорят…
«Может, об Алёшке что-нибудь?» — подумал я и, подкравшись ближе, услышал:
— Сколько? — спросила тетя Клава.
— Пять, — ответил Бяшиков отец.
Из-за этого и мараться не стоило…
— Трудно было…
— Ладно, договорились, — на что-то согласилась она.
— А это? — Дядя Игнат пощелкал пальцами.
— Как всегда. Да не вздумай сюда еще раз приходить!
— Заметано, — ответил дядя Игнат и переступил ногами.
Я, как мышь, быстро проскользнул на прежнее место
и так втиснулся в угол, что даже спина заболела. Теперь я думал только об одном: чтобы Бяшиков отец меня не заметил. Мне совсем не хотелось с ним встречаться.
Они еще о чем-то немного поговорили, и дядя Игнат стал спускаться.
— Черт! — ругнулся он, швырнув сломанную спичку в мою сторону, и вышел из подъезда.
Я вздохнул свободнее.
Ясно было, что они говорили не об Алёшке, но о чем?
Глава четырнадцатая. СЛУЧАЙНОЕ ОТКРЫТИЕ
«О чем бы они ни говорили, — решил я, — ясно одно: тут дело не чисто!..
