— Добрые слова, — кивнул царь и кивнул на столик, мол, клади свиток. Андрею не требовалось второй раз намекать. — Я слышал, — продолжил Иоанн, — что ты удумал новую масляную лампу, которая светит ярче прочего.
— Удумал.
— И печь, что не дымит?
— Что отводит дым сразу на улицу, оставляя в избе лишь тепло.
— А масло светильное? Ты ведь полбочки купцу продал. Откуда взял?
— То дух дерева. Мы его, когда уголь жгли для кузнеца, заприметили. Он как деготь получается. Ничего хитрого в том нет, просто обычно его не примечают и спускают в отходы.
— Ясно. — едва заметно хмыкнул Государь. — А краску откуда брал?
— То наследство отца.
— Поэтому ты обещал купцу тульскому еще краску? — усмехнувшись поинтересовался царь.
— Люди, с которым отец вел дела вышли на меня и предложили не с ним, так со мной дела вести. Но я не уверен в них, а они во мне. Поэтому не ясно, сладиться что или нет. Так что ничего точного я не обещал.
— Кто такие?
— Не знаю. Я с ними ранее был не знаком. Может врут. Может нет. Если попробовать, то, возможно, добывать краску.
— Врешь же.
— Вру, — честно и абсолютно невозмутимо ответил Андрей. — Зато от чистого сердца.
— Как? — расплылся в улыбке Иоанн. — От чистого сердца? Ха! Ладно. А лошадей чего подарил поместным дворянам? Почему не в долг дал?
— Какой смысл давать в долг то, что не смогут вернуть?
— Это ты на саблю взял. Это твое. Зачем им отдавать?
— Государь, мне там службу служить тебе. Промеж них. И от того, как мои боевые товарищи станут ко мне относиться, да готовы ли окажутся к службе зависит — смогу ли служить.
— Поясни, — нахмурился царь.
— Если давать в долг, то сие дело не воинское, а купеческое. Ведь купец с должником в бой не идет плечом к плечу. А значит и не нуждается в том, чтобы заемщик был ему товарищем.
— Значит мнишь, что старшины делают неразумные дела? — усмехнулся царь.
— Государь, то не моего разумения вещи. Я, быть может, еще очень юн и не понимаю многого. Посему и мыслю так, по-простому.
— Мыслишь то может и по-простому, а крепостицу поставил.
Зачем сие? Да ты не робей. Сказывай что мнишь.
— Для воеводы, Государь, очень пользительно, чтобы все оставалось так, как есть. Ибо поместные дворяне при появлении татар хватают свои семьи да бегом в Тулу бегут. Отчего войско вокруг воеводы само собой появляется без каких-либо усилий. Дурное. Но для осадного сидения достаточное. Но с воеводы что спрашивать? Он в Туле гость. Тут год посидит, там год потопчется. Ему дела Тула без интереса.
