Выходила на улицу, осматриваясь и всматриваясь в лица прохожих, думала, что однажды увижу его на пороге с цветами. Глупо, но разве нам запрещено мечтать? Я думала о нем ночи напролет, просыпалась в холодном поту от воспоминаний о нашей ночи и отгоняла мысли о любви.
Любовь живет три года, верно?
Моя должна была умереть, и я убеждала себя в этом.
Мы вместе заходим на территорию дома. Стас аккуратно ведет меня к двери, нажимает на звонок и ждет, когда по ту сторону начнется движение и откроется дверь. На пороге стоит мама, она удивленно смотрит сначала на Стаса, потом на меня, и только после молчаливого изучения пропускает нас внутрь.
— Ты же хотела оставить Даню у нас, — напоминает мама. — Изменились планы?
— Да, — в разговор встревает Стас, чье присутствие мама предпочла проигнорировать. — Мы приехали забрать сына на прогулку.
Мама непонимающе хлопает глазами, смотрит на меня, потом на него и сглатывает.
— Я все ему рассказала, — говорю ей.
Она кивает, но не спешит идти за Даней и пускать нас дальше гостинной.
Не знаю, что именно меня настораживает в ее поведении, но я намеренно беру Стаса за руку и двигаюсь в сторону комнаты, где обычно играет Даня.
— Стася, — окликает мама. — Может, чаю?
Предложи она раньше, я бы с удовольствием согласилась, решив, что она хочет наладить отношения, но сейчас я продолжаю идти дальше, открываю дверь и натыкаюсь на идиллию: на полу сидит мой сын, а напротив — Максим. Зря я поверила, что мама меня поняла и даже прощения попросила.
А ведь пока я бегала в больницу к Лере, она устраивала Максу встречи с Даней, сближала их еще больше, хотя поступать стоило наоборот. Сын ведь еще больше привязывался к Максиму и теперь, когда он интуитивно прижался к нему и обнял за шею, чувствую себя злой мачехой, не дающей ребенку общаться с отцом.
Только вот Максим Дане не отец и никогда им не станет. Понятно, что ребенок привык, но…
— Мама, — произношу, разворачиваясь и смотря на нее тяжелым взглядом. — Как ты могла? — понижаю голос, чтобы Даня ничего не услышал и захлопываю дверь.
— А что тут такого? Даня наверняка скучает по Максиму. Он ведь ему отца заменил, — язвит, смотря на Стаса.
Пытается его уколоть, хотя он ни капли не виноват и она прекрасно это знает. Не могу поверить, что она так поступает, что говорит все это и выставляет меня крайней, делая вид, что совсем ничего не подозревает. Винит Стаса, напоминая ему, что он потерял, не общаясь с сыном.
