Хрыкин либо врал, либо действительно был очень наивным человеком."
"— Я же потому и ругался с вами, — продолжал рассказывать певец. — Галушко говорил, что ситуация — по вашей вине — вышла из-под его контроля. Говорил, что ради денег вы пойдете на все. А отказаться от ваших услуг невозможно, поскольку Арчиров неграмотно составил контракт с вами, и, если не будет уважительной причины, вы через суд просто арестуете всех нас. Якобы у вас имеется какой-то компромат на всех нас.
— Если бы! — мечтательно проговорила я.
— Я бы тогда с тобой не возилась и душеспасительных бесед не вела.
— А потом я случайно подслушал разговор Погорельцова и Галушко. Он касался меня и вас.
— Вот с этого места — поподробнее, пожалуйста, — оживилась я.
— Да я ничего толком не понял, — замялся Хрыкин, — Владимир Алексеевич говорил, что от вас надо срочно отделаться, поскольку вы что-то там обнаружили и, если вы вздумаете дальше копать, всем нам наступит крышка. Галушко ответил, что он обязательно что-нибудь придумает.
Погорельцов предложил устроить несчастный случай для нас обоих…
— Когда это произошло? — быстро спросила я.
— После поездки за город…
— Понятно, продолжай.
— Я тогда не понял, что значит — устроить «несчастный случай для обоих». А потом до меня дошло, что второй — это я! Поэтому я и испугался.
— О том, что тебе намазали с изнанки трусы финалгоном, ты тоже ничего не знал?
— Нет.
— Все понятно. Могу тебя, Максик, обрадовать, — подвела я итог. — Твои премилые руководители решили избавиться от тебя еще до приезда в Тарасов! И, судя по всему, они вряд ли откажутся от своих намерений.
Ты для них — страшный человек!
— Почему это страшный? — испуганно спросил Хрыкин, отодвигаясь от меня, насколько это позволял салон «Фольксвагена».
— Ну, пусть не страшный, но опасный — это абсолютно точно, — смягчилась я. — Знаешь много! Можешь все это рассказать прессе. А это — не просто конец карьеры Погорельцова. Это, скорее всего, еще и посещением прокуратуры ему грозит, а там и до Следственного комитета недалеко.
Их, на первый взгляд, невинные шутки-розыгрыши с покушениями вполне могут потянуть на статью Уголовного кодекса. И кто его знает, вполне возможно, что следователи нароют еще какие-нибудь их прегрешения… в прошлом.
— И что мне теперь делать?
— Для начала мы заедем в гостиницу и заберем твои манатки. А потом я тебя познакомлю со своим приятелем-журналистом. И вот ему-то ты расскажешь все! Причем во всех подробностях.
