Из дома вышел чиновник, они обменялись поклонами, и, к счастью для меня, чиновник сразу ушел — вероятно, в конюшню. Анатолий все еще оставался в доме, и я полагала, что они с графом найдут, чем заняться: до утра будут резаться в карты на интерес или на аналог «русской рулетки».
Плевать мне на них обоих.
— Анатолий собирался бросить вызов графу, — проговорила я, глядя в сторону. Тоже вариант развлечений для двоих, все еще может случиться. — Я приехала, чтобы… остановить. По крайней мере, вмешаться.
— Вы про историю с графиней? — Тема была невеселая, но Евгений Дмитриевич усмешки не сдержал.
— Думаете, графу есть какой-то резон, пока его не обвиняют в убийстве власти? Полно вам, Елизавета Григорьевна. Он из старой аристократии и руки не станет марать о тех, кто ниже по происхождению. Оскорбить его невозможно, граф прикажет слугам выкинуть хама вон и забудет сию секунду. Исключение он делает — делал — для карт.
Карты. Сколько же совпадений, или совпадение — то, чему мы не в состоянии найти объяснений?
— Не знала, что вы играете, — я подняла голову.
Луна сияла — надкушенная слегка, можно было различить искры-звезды, и всю округу заливала соловьиная трель. Это были не соловьи, но я устала проводить параллели. Два мира, и давно пора бы принять, что не везде они пересекутся. — Я меньше всего ожидала встретить у графа вас.
Урядник мне не ответил. Была ли причина в том, что мимо нас проскакал, спеша домой, чиновник, что прошел в дом мужик или что это было совсем не мое дело. В доме что-то разбилось — тарелка или бокал, и я мечтала уехать отсюда как можно скорее, не желая быть свидетелем смертельных разборок, и не могла, пока не знала все хотя бы в общих, ничего не проясняющих толком чертах.
— Я не играю, — наконец вымолвил Евгений Дмитриевич. — Я ехал к вам, рассказать про допрос вашей бабы. Ничего нового, конечно, сказать не смогу, кроме того, что дом она не поджигала… И мне навстречу попался ваш брат. Я не узнал его издалека, но крестьяне, которые так кстати празднуют сегодня в полях Цветение, обеспокоились и перехватили меня по дороге.
— Я нахмурилась, он пояснил: — Почти все они наняты для работы на арендованных землях. Граф им платит, трудом не нагружая…
— Да-да, — перебила я, — я в курсе, он поступил так, чтобы не обогащать казну. — Настала очередь Евгения Дмитриевича, и мне понравилось, как неподдельно он изумился. — Вести хозяйство, не ведая подобных вещей, по меньшей мере было бы странно. Я повзрослела. Многое поняла.
