Волынов оглянулся на свой седан.
— Я не по-русски объясняю, наверное, – протянул он. — Демьян. Мне нужны деньги. Или Коваль. А лучше и то, и другое.
— Как только Руслан вернется – ты первый об этом узнаешь.
— А он вернется? – Волынов сощурился.
— Проехать дай.
— Демьян, даю времени до завтрашнего вечера, – Волынов посмотрел на часы. — До семи. Надеюсь на ваше с Русланом благоразумие. И чтобы без шуток, ты меня знаешь.
— Я знаю.
Не прощаясь, он двинулся к машине. Седан развернулся и выехал на дорогу, Демьян порулил следом за ним.
Поморщился.
Остановился.
Украдкой поглядела на его руку и, не раздумывая, открыла дверь.
— Я сяду за руль, – выскочила из джипа, обежала его и остановилась у двери Демьяна.
— Я сам. Сядь обратно.
— Демьян, я умею водить. Пожалуйста. Только до больницы.
Он откинулся в кресле. На его лбу выступила испарина, черные глаза будто ввалились, ему плохо, и нет времени с ним спорить.
Осторожно потянула его за рукав.
— Я тогда к тебе на колени сяду, – пригрозила, и он улыбнулся вдруг, и я замерла, от его губ взгляд оторвать невозможно.
Какой же он все-таки красивый.
Он молча ступил на улицу. Прижал одну руку к груди. Кровь так и не остановилась, на белый снег упали пара красных капель.
Села за руль.
По-хозяйски включила радио.
— А папа когда вернется? – робко спросила.
Он не ответил.
Ему хуже, кажется.
А виновата я.
За всю дорогу Демьян ни слова не сказал, шуршал курткой, стянул ее, платком перетянул руку у локтя, а потом откинул голову и прикрыл глаза.
Пошарилась в бардачке в надежде на обезболивающее и добавила скорость. До больницы долетела минут за пятнадцать, притормозила у корпуса и повернулась к Демьяну.
— Мне с тобой пойти?
— Думаешь, я тебя теперь одну оставлю? – он усмехнулся, первым вышел из машины.
— Я не…
— Алина, – кратко сказал он.
И я выскользнула следом.
Глава 4
Демьян невыносим!
— Кровь остановите, зашейте, и хватит! – приказал он.
— Но…
— Я уже сказал, – недовольно нахмурился мужчина. — Никаких капельниц и снотворного!
Мы с доктором переглянулись, и я прошептала:
— Простите.
— Я привык. Пациенты думают, что знают лучше, как их лечить. Подумаешь, медицинский, интернатура и ординатура. Подумаешь, много лет практики, – ворчал врач, но спорить с Демьяном прекратил.
С некоторыми людьми лучше не пререкаться.
А я начала лучше узнавать этого мужчину. Демьян всегда был для меня загадкой, сейчас же я начала находить ответы на некоторые свои вопросы, наблюдая за ним.
