Ему – 36. У него за плечами неудачный брак, взрослая дочь и успешный бизнес. Ей – 19. И она гостья в его доме и подруга его дочери. Он запретил себе думать о ней, как о женщине. Прикасаться к ней. Иначе точно не вывезти. Вот только от мысли, что она в любой момент может уехать, сносит крышу....
Нервы обострены до предела. И все направлено только на одну цель. Поговорить с Настей. Помириться.
– Что такое финча? – устало пресекаю глупую болтовню.
– Кофейня в конце квартала, – вздыхает моя бывшая, будто объясняет тупому. – Там вы сами договоритесь.
– Спасибо, Снеж, – произношу, улыбаясь. – Редко когда бывшая любовница поможет…
– Ты спас Люську, полковник Ибрагимов, – торопливо поясняет Снежана. – А я помогла тебе. Девочка очень хорошая. Правда… И Лара тебе очень благодарна. А она маму мою колет. Поэтому рука руку моет.
– Ты права, – соглашаюсь удивленно.
Про себя отмечаю, как сразу поменялись речь и мировоззрение Снежаны. Вот только мне вдаваться в подробности некогда. Настю вытаскивать надо. И с родственниками новыми знакомиться. Проезжая, краем глаза отмечаю вывеску на угловом доме.
Финч. Сеть кофеен."
"– Вернемся сюда минут через сорок, – киваю помощнику. И снова звоню айтишнику.
– Александр Георгиевич, только хотел вам звонить, – рапортует он. – Наши дамочки разделились. Анастасия Вадимовна в клинике.
– Может, сбежала? – рычу я недовольно. Хотя точно знаю, Жужелица – псина спокойная. Сама никуда не рвется. Но мало ли, как могла отреагировать на обстоятельства. Или меня учуяла… Нужно найти. И корю себя мысленно. Почему не удосужился взять с собой ноутбук. Можно и с айфона отследить. Но масштаб не тот.
– Парк сразу за клиникой. Ходит строго по дорожкам. Значит, не одна.
– Плевать, – цежу сквозь зубы. – Мне сейчас на всех положить с прибором.
Обычно запускать приложения, звонить нужным людям, координировать маршрут входит в функционал помощников. Но сегодня мне не до условностей.
Тыкаю пальцем в экран, запуская специальную программу по безопасности. Любого человека, внесенного в список, можно найти по чипу в телефоне.
«Кстати, нужно отслеживать Катерину. Надо дать распоряжение службе безопасности», – напоминаю самому себе и сосредоточенно смотрю на маленький синий кружок, медленно скользящий по аллее.
– Пробейте телку. Это срочно.
И тут же печатаю сообщение юристам:
«Какой у нас в стране срок за воровство собаки?
«Кража собаки предполагает тюремный срок до пяти лет», – с ходу отвечает мне юрисконсульт. Толковая тетка.
