В Пресветлой академии мирно царит светлое и радостное равновесие, пока неожиданно тьма не погружает студентку боевого факультета в хаос. Эльза ощущает себя чужой среди своих, когда внезапно подбежал ее оппонент на третьей скорости, одетый нелепо и с невероятной яркостью....
Что приворотные зелья – совместное творчество. Что часть эликсиров, поддерживающих целительский труд, создана на основе темных зелий.
Я говорила со всем жаром человека, искренне верящего в свою правоту и надеющегося убедить собеседников. Такое немного наивное чувство в современных реалиях. И когда, наконец, поток моих аргументов иссяк, и в аудитории воцарилась тишина, мне даже показалось, что у меня получилось.
– Очень увлекательно излагаете, Шаттер, – похвалил историк, поднимаясь на ноги и возвращаясь на кафедру.
Я мрачно смотрела на историка, аудитория затаила дыхание, ожидая скорую расправу над не в меру борзой ведьмой.
– Но вам повезло, – продолжил старик, – здесь есть я, и я великолепно образован. Зачет, Шаттер.
Решив, что терять мне по этому предмету больше нечего, я радостно подпрыгнула, а потом крепко обняла старика, звонко расцеловав в обе щеки. Тот от неожиданности крякнул, а аудитория отмерла и возмущенно зашепталась."
"Ведьма убедила светлого мага! Не просто светлого мага, а уважаемого историка! Все рассчитывали на шоу по словесной порке наглой темной, а тут – зачет! Кошмар, куда катится Пресветлая академия?
По моему скромному мнению, Пресветлая академия с гиканьем и улюлюканьем по всем ухабам катилась в светлое будущее, но я воздержалась от дискурса и просто сбежала из аудитории под гомон в одно мгновение заговоривших студентов.
48
Не знаю, чем занимался Крейг весь день и весь вечер, но стоило только мне лечь, блаженно вытянуться на узкой студенческой кровати и окуклиться в одеялко, как в дверь в комнату заколотили.
– Это к тебе, – куда-то в подушку заявила Фредерика.
– Думаешь? – спросила я, давясь зевком.
В ответ мне был какой-то подозрительный звук между «угу», «я сплю» и «да открой уже ему эту гребаную дверь», так что мне пришлось идти проверять гипотезу соседки.
К моему великому сожалению, Фредерика была права.
– Крейг, имей совесть, ночь на дворе, – зевнула я, зябко ежась от прохлады в коридоре.
– Шаттер, у нас дополнительные занятия.
– Давай с утра, а? – снова зевнула я.
– Нет, сейчас, – упрямился парень.
– И где ты был весь день?
– Занимался делами, – уклончиво ответил Крейг.
