Как он подтягивался на руках, как цеплялся ногами за едва заметные выступы… Я вдруг поняла, что именно в этом месте Эдька и любил изображать обезьянку, как называла его Алёнка. Вот и выбоинка, на которую он опирался перед последним рывком. А вот другая, за которую даже можно ухватиться руками…
Вершина ограды остра, и мои ладони в крови. Мне очень больно, но эта боль не заглушает другую, ту, что терзает моё сердце и душу. Я вдруг вспоминаю как кто-то, кажется, Любомир, говорил, что ежели через сию ограду попробовал бы перелезть любой, в ком не течёт императорская кровь, он упал бы замертво в тот же миг.
На мгновение мне становится страшно. А вдруг я… не дочь своего папы? И сейчас моя безобразная туша позорно свалится бесформенным комком? И всё закончится само собой? Где-то на краю сознания я понимаю, что я чудовище, раз могла так подумать. Но мне даже не стыдно. Мне всё равно. Я перешла какую-то ужасную грань, за которой есть только мрак, ненависть и злоба.
Наконец я действительно падаю бесформенным окровавленным комком.
Но только по другую сторону ограды. У меня получилось. Я поднимаюсь и, шатаясь, неуклюже ухожу от своей семьи всё дальше и дальше…
Глава 16 ОНА
Аннета.
Я иду долго. Лес всё тянется и тянется. Золотое солнышко играет в изумрудной листве деревьев. Громко поют птицы, перелетая с ветки на ветку и разглядывая диковинное существо, забредшее в их лес. Зачем они поют? Чему радуются?
Я выхожу на небольшую полянку, усыпанную земляникой. Останавливаюсь, безразлично смотрю на спелые ягоды.
Я всегда очень любила землянику. Но сейчас я смотрю на неё, не видя. Наверное, моё отсутствие уже обнаружено. Надо идти дальше, но я чувствую опустошение и усталость. Я постою здесь немного. Отдышусь, соберусь с силами.
На полянку вдруг выскакивает оленёнок. Совсем маленький. Он подбегает ко мне, утыкается прохладным чёрным носом в колени. Я глажу его мягкую-мягкую шёрстку. Малыш смотрит на меня так доверчиво. Я сажусь в густую невысокую траву, обнимаю его, зарывшись лицом в тёплое тельце.
Оленёнок дышит часто-часто. Он такой тёплый и мягонький… Мне хочется так сидеть и сидеть, прижав к себе его маленькое тельце…
Но почему он так дышит? Он убегал от кого-то, вдруг понимаю я. И ищет у меня защиты. Я всматриваюсь в ту сторону, откуда он прибежал.
Что-то движется к нам. Оленёнок дрожит и прижимается ко мне изо всех силёнок. Мне тоже вдруг хочется прижаться к кому-то сильному, кто защитит меня. Потому что это нежить.
