Потом не найдет.
Вот только иглы костяной нет.
— Мне нужна игла, — прошептал, пугаясь. Неужели из-за такой мелочи упустит? Нет, с ней уйдет…
— Возьми…
Фигура Лерта — лишь тень в мире незримого. Но на руке светится рыбья кость… И Краст схватил, выдохнув. Первый стежок наспех, отчаянный. Второй — широкий, неверящий. И дальше уже ровные, аккуратные. Две души. Одна к одной. Не уйдет его лирин. Он не отпустит.
Бледная тень ее дрожала, таяло серебро волос.
А потом незримый мир отпустил, и Краст рассмеялся.
* * *Воздух вошел в грудь ударом, больно стукнуло о ребра сердце. И я открыла глаза.
Бледный до синевы Лерт стер с лица влагу и прикрыл лицо ладонью.
— Что случилось? — я приподнялась на локтях.
И тут же меня сгребли такие знакомые и уже родные объятия.
— Я тебя нашел, — Краст прижал так, что не вдохнуть. Но я и рада. — Я тебя нашел! Никогда не отпущу!
— Не отпускай, — согласилась я.
Ведь что еще нужно любящей всей душой и сердцем женщине?
Эпилог
Грэй Э.
Получено через пятый канал связи.
Способ — течение, место — Хенельское побережье, координаты указаны дополнительно.
Расшифровано в Первом разведывательном управлении.
Гриф СС.
Отчет № 4/2.
По указанному заданию недостаточно данных. Необходимых оснований для прекращения программы переселения не обнаружено. Время пребывания продлено в единоличном порядке в соответствии с инструкциями и полномочиями. Рекомендуется режим тишины на неопределенный срок.
Агент № 76/а
Командор Этан Грэй сжал в руке тонкую ленту расшифрованного донесения.
И, не сдержавшись, ударил кулаком в стену, сбивая в кровь костяшки. Операция провалилась. Агент, на которого он возлагал такие надежды, не смог выполнить задание. Смертельно больная девушка, которую они сознательно пропустили за Туман, жива и здорова. Она должна была умереть, просто обязана! Но почему-то выжила. А проклятый ильх, обещавший сотрудничество, исчез, словно его и не было. Растворился в водах своего любимого моря, ненавистный чешуйчатый монстр!
И что теперь делать?
Командор скрипнул зубами.
Он не остановится. Фьорды не дают ему спокойно жить с того дня, как он впервые ступил на проклятую землю за Туманом. С того дня они являлись во сне каждую гребаную ночь, манили, искушали простором, скалами, водой… Ненавистными драконами, парящими в небе. Гордыми девами и суровыми ильхами. Башнями, взмывающими к облакам, пенной волной, городами из камня, снежными вершинами, водопадами, тайнами и легендами.
