В глухой деревне начинается непонятный процесс суда за казнь известного убийцы Гривина, когда главный подозреваемый оказывается сам императором Пограничья. Мистическое обвинение и уверенность дознавателя в правоте казни расшатывают мир деревень, открывая новые слои загадочной истории о сговорах и власти....
Похоже, «Император Пограничья 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Василиса упомянула, что ты сражался с Химерой, — Игнатий перешёл к тому, что не давало ему покоя весь вечер. — Я слышал о подобном лишь однажды. Это правда?
— Да, — Прохор кивнул и указал на карту на стене. — Она убивала людей в соседних деревнях. Я выследил её и уничтожил.
— И ты справился с ней в одиночку? — спросил Игнатий, глядя на сына с новым уважением.
— У меня есть надёжные люди, — ответил Прохор. — Теперь в их числе и ты.
Игнатий хотел сказать, что чувствует себя слишком старым и измотанным для новых приключений, но, глядя на целеустремлённое лицо своего сына, на эту новую уверенность в его глазах, вдруг почувствовал прилив сил.
"— Да, сын. Теперь у тебя есть и я, — твёрдо произнёс он. — И вместе мы вернём роду Платоновых его истинное величие.
За окном догорал закатный свет, а в душе Игнатия разгоралась новая надежда. Может быть, эта глухая деревушка, затерянная среди лесов, и была тем местом, где начнётся возрождение их семьи после всех злоключений? Если так — он сделает всё, чтобы помочь сыну в этом пути.
— Я вот думаю, — внезапно протянул Прохор, — людям нужен праздник, чтобы перевести дух. Как насчёт Масленицы?..
Глава 23
Утро выдалось ясным, но прохладным. Солнечные лучи превращали остатки сугробов в ослепительные алмазные россыпи, а дыхание вырывалось изо рта густыми клубами пара.
Я стоял возле мельницы Степана, наблюдая за работой плотников. С момента нашего возвращения из поездки прошло всего три дня, но дело двигалось быстро — пристройка для будущего магазина уже обретала очертания.
Степан расхаживал вокруг, указывая рабочим на мелкие огрехи и поправляя планы. Его сын Павел, крепкий парень лет семнадцати, таскал доски наравне со взрослыми мужиками. Лицо раскраснелось от натуги, но глаза светились гордостью — ещё бы, ведь это его будущая торговая лавка.
— Как продвигается? — я подошёл к мельнику, протягивая руку для приветствия.
Тот крепко пожал её, улыбаясь в окладистую бороду.
— Дня через три дня закончим, господин, — довольно сообщил он, поправляя съехавшую на лоб шапку. — Внутри уже полки мастерим, прилавок будет тут, — он показал на расчищенное место у входа. — А здесь складское помещение обустроим, с отдельным входом. Павел всё по уму рассчитал.
