Автор
Рита переживает двойное предательство: женщина, которая вынашивает ребенка ее мужа, внезапно становится объектом зависти и страсти для подруги. В мире эмоциональных противоречий и стремлений каждый шаг оказывает огромное влияние на судьбу женщин.
– А что ты хотела?
– Чтобы ты отвез меня к моей подруге, – заявила я, дернув сумочку за ручки. В ней брякнули ключи. Хороша я, надо сказать, увезла от Лены ее же собственные ключи. А ей домой попасть надо будет. Где были мои мозги?
– Ты не назвала адрес, – выдал без единой эмоции Эдгар.
Здесь он прав. Это надо быть такой глупой и безалаберной. Бери больше, Рита, ты сидишь в тачке с незнакомцем, и он привез тебя к себе домой. Интересно, с какими намерениями? Догадаться нетрудно. Не концерты Моцарта же обсудить.
– Но ты можешь его не называть, я не повезу тебя туда.
– Интересно почему? Позволь спросить, – взбеленилась я, остро реагируя на его размеренную речь. Его обманчиво-равнодушный тон выводил меня из себя. Он крайне резонировал с моим взвинченным состоянием.
– Я хочу побыть с тобой, ты можешь не бояться, я ничего тебе не сделаю.
– Ты хочешь, чтобы я поверила абсолютно незнакомому мужчине? – произнесла я тихо-тихо, страх засочился из пор. То пугающее нечто, что было в Эдгаре, я чувствовала кожей.
– Рита, признайся себе, что ты бы не поехала с любым незнакомым мужчиной.
– Хочешь сказать, что ты особенный? – вскинула я голову. Что он о себе мнит?
– Хочу сказать, что тебя тоже ко мне влечет, просто ты не хочешь этого признавать, – проговорил он тихо, тягуче и плавно. Завораживал, черт его подбери, будто магией какой-то чернокнижной обладал. Тоже мне, темный лорд.
– Не слишком ли смелое заявление? – не поддалась я на эту уловку опытного ловеласа, хотя трепет прошелся по телу, неожиданно сильный, острый, до колючих мурашек.
– Не слишком, – ответил он твердо, заставив меня вскинуть бровь, а сам наклонился ко мне, обдавая горячим дыханием и своим ярким ароматом, что пробирался под самую кожу, пропитывал до нутра и оставался надолго.
Но я дернулась и нашла ручку двери, открыла окно, чтобы впустить холодный воздух внутрь салона. Поняла, что алкоголь выветрился из меня безвозвратно. Вернулась трезвость мысли. Навалилось понимание, что я натворила.
А ведь это всё из-за Олега! Он нанес мне такую сильную рану, что хотелось любыми способами ее залатать! Как пытаешься закрыть руками дырку в теле, откуда хлещет кровь! Лишь бы не потерять ее всю до капли, живой остаться, вот я и пыталась сделать что угодно. Справиться хоть как-то.
