Автор
В мире Хаски и белого кота Чу Ваньнина, Мо Жань чувствует, что учителя он выбрал неправильно — слишком похож на шустрого щенка-кота. Собаки и коты — разные существа, которые не могут быть вместе, поэтому мелкий пёс не планировал подставлять свою мохнатую лапу белому коту....
Похоже, «Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
С натянутым выражением лица Мо Жань приподнял одеяло и заглянул под него.
— …
Тело этого красавца Жун Цзю или Сань — ладно, пусть будет Жун Цзю, — было покрыто множеством следов от ударов хлыстом, а белоснежное нежное бедро было стянуто парой красных веревок.
Мо Жань почесал подбородок и подумал про себя: «Интересненько».
Как ни крути, а это утонченное искусство связывания и безупречная техника выглядели слишком знакомо.
Мать вашу, не может быть! Это же дело его рук!
Как совершенствующийся, который в прошлом был очень увлечен вопросом перерождения, теперь Мо Жань не мог не подозревать, что, кажется, снова вернулся к жизни.
Чтобы подтвердить свои догадки, он нашел бронзовое зеркало. Вещь была старой и затертой, но в мутном отражении все равно легко угадывались его собственные черты лица.
На момент смерти Мо Жаню было тридцать два и он был мужчиной в расцвете своих сил, но парнишка в зеркале, несмотря на характерный полный высокомерия и властности взгляд, выглядел совсем уж юно, лет так на пятнадцать или шестнадцать.
В спальне больше никого не было, поэтому гроза целого поколения совершенствующихся, Сычуаньский Деспот, непревзойденный правитель мира смертных, глава Пика Сышэн, Наступающий на бессмертных Император Тасянь-Цзюнь, Мо Жань после долгих раздумий со всей искренностью выразил свои чувства:
— Блять...
Этим своим единичным посылом он все же разбудил так сладко спавшего Жун Цзю."
"Красавец лениво принял сидячее положение, и накинутое на его тело легкое одеяло из парчи соскользнуло с покатых плеч, открывая взору гладкую белоснежную кожу.
— Ах… молодой господин Мо сегодня проснулся так рано.
Мо Жань промолчал. Лет десять назад ему действительно нравились такие полные жеманности женственные красавчики, как Жун Цзю, однако нынешнему тридцатидвухлетнему Наступающему на бессмертных Императору подумалось, что, должно быть, его тогда хорошенько приложили головой, раз такие мужчины начали казаться ему привлекательными.
— Разве ночью вам плохо спалось, а может, кошмар приснился?
«Этот достопочтенный умер. Думаешь, это считается за кошмар?»
Жун Цзю, заметив, что собеседник все так же молчит, решил, что тот просто не в настроении. Он поднялся с кровати, подошел к резной деревянной арке алькова и обнял Мо Жаня со спины.
