Автор
В первую нашу встречу он даже не запомнил моего лица, потому что ударился головой. Во вторую я испортила его пиджак, а в третью он предложил мне работу. Почти по специальности. И я бы отказалась, если бы не одно но… Лёгкий роман без стекла с хеппи-эндом.
Сейчас я хочу услышать от Андрея причину, по которой он в одночасье растоптал все наши мечты и планы.
– Почему? – спрашиваю спокойным, ровным тоном.
Это так странно, ещё полчаса назад я злилась и кричала на абсолютно постороннего человека за то, что он небрежно относится к своему здоровью. А сейчас, когда на моих глазах мечты разлетаются на мельчайшие осколки, готовые в любую минуту вонзится в сердце, я чувствую спокойствие.
– Почему, Андрюш? Почему? – даже получается натянуть на губы улыбку. Ненастоящую, состоящую полностью из фальши, но зато дающую мне некоторую уверенность.
– Что ты заладила почему, да почему? – психует парень. Он старательно натягивает на бёдра джинсы и пытается застегнуть ширинку, но что-то ему явно мешает.
– Почему так? Почему не сказал мне, что хочешь отменить свадьбу, нашёл другую, а? – в конце мой голос всё же обрывается, проступают нотки отчаяния.
– Кого я нашёл? Ты серьёзно? Ой, дура… – хватается руками за голову. – Да ты не понимаешь что ли реально? Я мужик, здоровый между прочим, а ты!
Он выставляет указательный палец вперёд, словно собирается вонзить его мне в глаз.
– Устроила непонятно что! Давай подождём до свадьбы! – кривляется, пытаясь подражать моему голосу. – Я мечтаю об этой волшебной ночи! Тьфу, идиотка, блин!
Андрей резко разворачивается и начинает измерять шагами тесный коридорчик своей съёмной квартиры. А ведь мы в скором времени после свадьбы хотели взять ипотеку и приобрести собственную квартиру.
От осознания, что ничего того, о чём я столько времени мечтала, больше не будет, хочется кричать. Орать до хрипоты, до потери голоса, до срыва голосовых связок.
Растерянная и дезориентированная, я всё-таки покидаю квартиру. Хотела решить всё и сразу, но понимаю, что не вывезу дальнейших разборок. Не сейчас.
С трудом спускаюсь по лестнице, несколько раз оступаясь и чуть не подворачивая ногу. Наконец, оказавшись на первом этаже, падаю на нижнюю ступеньку, и громко и горько реву.
– Лиска! – за рыданиями не слышу, как тяжёлая дверь подъезда открывается и в помещение входит Настёна.
