В окнах дома отражалась середина ночи — холодная и наполненная тихим шепотом дождя. Екатерина влетела внутрь, пропахнув родительским теплом и ощущая себя как домашняя птичка после долгого полета. Атмосфера здесь была умиротворенной, словно шептало дремлющие истории, ожидая своей ночи....
— Тебя так расстроило, что Агата виделась со мной? Если так скучала, почему не сказала? Я бы купил билеты, встретил тебя… прилетела бы ко мне в гости… Но ты два месяца убеждала меня, что я тебе не так уж и нужен.
— Я по тебе всегда скучаю, Крапивин. Даже когда готова обматерить по телефону. Я не хочу это есть, закажи мне что-нибудь другое. Вкусное. Ты здесь часто бываешь и все знаешь.
— Что ты хочешь?
— Тебя, Дима. Жареного на гриле. С хрустящей корочкой. В каком-нибудь медово-апельсиновом соусе.
— Хорошо, гриль так гриль, — коротко согласился он и открыл меню. Пробегая глазами по странице чему-то вдруг улыбнулся, будто там между строк было что-то для него написано.
Ему всегда нравилась импульсивность Кати, ее искренность в проявлении чувств. Именно к этому тянулся, наверное, оттого что сам не всегда мог себе позволить такую эмоциональную открытость. Приходилось принимать решения, в которых эмоции неуместны. Порой эти решения и вовсе противоречили внутренним ощущениям.
Вот как сейчас… В глазах ее появился холодок, движения рук стали какие-то слишком расчетливые, спина закаменела, а улыбка перестала светиться теплом, стала тщательной, выверенной.
Катю поразил его ответ. Все оказалось так просто, что не верилось. Так не бывает.
Дима расстался с Агатой.
Дима предлагает ей отношения.
— Продолжай, Катрин, а то я не чувствую себя в безопасности, все еще рискуя быть съеденным вместо этого негодного осьминога.
— Не уверена, что хочу продолжать.
— Крошка, кто не рискует, тот не пьет шампанского.
— Митенька, с тобой сопьешься так рисковать. Я тебе говорила, что мне не нравится эта игра.
— Я не из вежливости.
— По-моему, я освободила тебя от всяких обязательств.
— Это да. Вот только ты почему-то забыла спросить моего мнения на этот счет: хочу ли я освобождаться.
— Знаешь, сужу по прошлому опыту. Хочешь откровенно?
— Весь вечер только и жду этих откровений.
— Когда мы в первый раз поцеловались, ты сказал, что тебе в голову вино ударило.
— Так если оно и правда ударило.
