Автор
Чтобы мама не потеряла работу из-за болезни, мне пришлось стать горничной в богатом доме вместо нее. К моему несчастью, сыном хозяев оказался обозленный на весь свет засранец, которому я на днях поцарапала камнем дорогую машину... За дело конечно, но ему ничего не докажешь. И теперь, пользуясь моим положением, этот беспринципный мажор сделает все, чтобы превратить в ад каждый день, который я проведу в его доме! СЛР. ХЭ...
Но решил, что закончить нужно прямо сейчас и так, чтобы дошло до всех с первого раза.
– Отец сегодня приезжает, – хмуро сообщил дядь Валера, бросая окурок в урну."
"Отвлекшись от мыслей, я последовал его примеру и пасмурно выдохнул:
– Да… в курсе.
– Я ему далеко не все докладываю, но и ты тогда будь добр, гонор попридержи, Евгений, – по-свойски попросил Борисыч.
Он врубал подобную формальность, когда хотел воззвать к моему взрослому «я». Вот только этого не требовалось. С некоторых пор я многое переосмыслил, в том числе, что касалось моего отца, который пахал двадцать четыре часа в сутки, ради нашего благополучия.
– Все будет ок, дядь Валер, – серьезным тоном пообещал я. – Я и не собирался выебываться.
– Вот это молодец, – доверчиво похвалил Борисыч. – Ну, давай… топай отдыхать.
Я коротко кивнул и лениво зашагал к парадной двери. Гул от хлопка разошелся по большому холлу в дорогом классическом стиле. Стуча ботинками по светлому паркету с геометрическим рисунком, я сразу направился на кухню.
В просторной столовой суетилась Маргаритка. Что-то мыча себе под нос, она наполняла этажерку с десертами собственного приготовления. На кухне шумела вода, поэтому кухарка не услышала, как я подкрался сзади.
– Бу! – выдал не слишком громко, щекотнув пальцами упитанные бока.
Дернувшись, Рита оглянулась и махнула на меня лопаткой, не стесняясь издавать ругательства.
– Ты чего такая нервная с утра, Маргаритка? – лукаво поинтересовался я.
Моя забавная женщина жестом руки посоветовала отвалить.
– Ладно-ладно. – Я примирительно поднял ладони вверх. – Покормишь хоть голодного путника?!
Ее доброе, круглое лицо озарила снисходительная улыбка. Она кивнула и, составив последнее пирожное, отошла от стола. Жена Борисыча не могла на меня всерьез дуться и тем более не покормить.
Сняв куртку, я повесил ее на спинку стула и уселся во главе стола. Маргаритка принесла большую тарелку, где красовался аккуратный омлет, ломти бекона и тосты. Она тронула мое плечо, таким образом желая приятного аппетита.
– Спасибо! – поблагодарил я и тут же набросился на еду.
Но долго наслаждаться завтраком, мне было не суждено.
