— Ты и вправду странный.
— Может быть.
— Оно же воняет.
— Мне без разницы.
Они поднялись по песчаному скату, вошли в рощицу, Джамаль нес крыло. Оно казалось странно уместным в его руках, как если бы Джамаль вышел в мир и принес оттуда нечто необходимое ему, нечто ужасное и сказочное. Когда деревья укрыли их, Бен сказал:
— Подожди минуту.
— Что?
— Мне нужно поговорить с тобой."
"— Ладно.
Джамаль стоял перед ним — беззаботный, ожидающий. Разглядывал крыло, просовывал палец между перьями. Он влюбился в эту дрянь, в этот кошмар.
Глупо, как глупо. Глупый мальчишка, — однако замысел Бена состоял в том, что он найдет Джамаля сидящим здесь, а теперь Бен столкнулся со сложностями его жизни, с его переменчивой, равнодушной красотой. И желание, томительная, неотвязная любовь взяли над Беном верх. Он упал на колени, дернул за подол рубашки Джамаля.
— Давай, — прошептал Бен. — Они нас не увидят.
Джамаль остался стоять. Рубашка, за которую дернул Бен, слегка натянулась на его груди и животе, кончики перьев холодно щекотали волосы Бена.
— Давай же, — повторил он. Бену хотелось стиснуть Джамаля в руках, ощутить грудью нажим его непокорной головы. Хотелось взять над ним верх и утешить его, завладеть его привязанностью. Какая там правильность? Для правильности он потерян.
— Нет, — произнес Джамаль.
Бен, тяжело дыша, стоял, коленопреклоненный, на земле. Он ничего не сказал. Однако и рубашку Джамаля из руки не выпустил.
— Я не хочу больше делать это, — сказал Джамаль. — Прости.
— Я тоже, — ответил Бен.
— Ну и пойдем.
Но Бен никуда не пошел. Он молчал.
— У меня появилась подружка, — сказал Джамаль.
— И у меня.
— Вот и давай остановимся, ладно?
— Сегодня будет последний раз.
— Нет.
— Пожалуйста, — сказал Бен.
Джамаль смотрел на него сверху вниз. Нижнюю половину лица Джамаля неровно обрамляло крыло.
— Друг, — сказал он, — я не гей.
Бен не ответил.
— Дело не в том, что я тебя не люблю, — сказал Джамаль.
— Я тоже тебя не люблю. Я, по-твоему, кто? Любовник твой, что ли?
— Нет, — ответил Джамаль.
Глаза его были черными и непроницаемыми, как кофе. — Я не думаю, что ты мой любовник.
Бен расстегнул ширинку на джинсах Джамаля. Сейчас он утратит себя, заставит Джамаля замолкнуть. И уйдет отсюда. Он хотел лишь одного — этой утраты.
— Бен, — произнес Джамаль.
Бен вытащил член Джамаля. Прежде он никогда так не делал. И с тошнотворным облегчением, словно нырнув с большой высоты, взял его в рот.
Солоноватый, лишенный вкуса.
