— Что же, сестра, огромный прут из металла избавит нас от этой напасти?
Я на его месте тоже излучала бы скептицизм.
— Должен, — горячо заверила я. — Только не подходите к нему во время грозы… ближе чем на пятьдесят шагов. — И церковь, и госпиталь лучше было бы вообще убрать с холма, но — подождем, пока все это загорится еще раз?.. Бездоказательно мне никто не поверит. Еще решат проверить, как кардинал, ну их всех к чертовой бабушке.
Но на всякий пожарный, без иносказаний, случай я попросила показать мне весь госпиталь.
А потом, вспоминая бесконечные требования проверяющих, кое-как справилась с планом эвакуации. Эх, мне бы, конечно, почитать внимательнее все методички и нормативы, но знать бы, где упасть, перинку бы постелила.
— Легко больные — здесь, — говорила я, рисуя по памяти план расположения коек. — Они выйдут сами. А здесь — те, кому при пожаре будет нужна помощь. И полагаться на больных нельзя, они создадут толчею, даже если кто-то и захочет помочь лежачим… Поэтому надо обучить братьев, у них выйдет все организовать лучше и быстрее…
Было очень сложно не применять те слова, которые лезли в память из инструкций и нормативов.
Но их даже не было в этом языке! Советы мои выходили косноязычные, но их принимали.
Принимали. И кивали с благодарностью.
— Неужели вы способны отыскать Средство? Вы и есть тот человек, о котором говорила нам Книга?
Отец-настоятель чесал кончик носа. Я хотела ему сказать, что вообще непонятно, что это было за Средство и от чего оно помогло, да я и не медик, ждите других попаданцев…
— Не было бы это грехом, ибо господь дает волю детям своим, я помолился бы ему, чтобы он вразумил вас и наставил на путь служения ему.
— О чем вы, отец? — переспросила я. — Я люблю господа всей душой и мечтала бы остаться в стенах монастыря, но…
«Но» — вон та малышка, которую ты благословил минуту назад, а будь все в другом месте в другое время, склонился бы перед ней в поклоне. «Но» — это ее величество София.
«Но», которое меня держит сильнее всех обязательств и клятв.
— Слава господу нашему, он хранит ее, — тихо добавила я. — Я не могу уйти из мира, честный отец. Я не могу оставить ее ве… сестру Софию. Я нужна ей.
Настоятель кивнул.
— Завтра будем рады видеть вас, сестра. Да хранит вас господь, даст вам силы и утешение.
Я поклонилась, развернулась и пошла к выходу. София весело болтала с пожилой послушницей, которая занималась в госпитале травами.
