Он переживал, что Реджина, узнав правду, не примет его, но она плакала не от стыда, а от сочувствия. Она любила его. Любила по настоящему. Даффин тоже ее любил, поэтому был готов умереть, только чтобы не позволить разгоревшемуся вокруг него скандалу уничтожить ее репутацию. Мисс Хевершем не заслуживала этого.
– Не плачь, дорогая. – Он прижал голову Реджины к своей груди.
– Почему ты не рассказал мне о своей семье? – спросила она, когда немного успокоилась. – Почему мне пришлось узнать все из газет?
– Прости.
– Даффин опустил голову. – Я стыдился, ведь моя мать была куртизанкой. Конечно же, я любил ее, но став взрослым и взявшись за расследование ее убийства, я понял, какой образ жизни она вела.
– Я не понимаю еще одну вещь. Если твой отец желал ее смерти, то почему не убил, когда она была беременна?
Даффин тяжело вздохнул.
– Мой отец заплатил за ее убийство, но он не желал ей смерти. Этого хотела его жена. Герцогине Портленд была невыносима мысль о том, что мы с матерью живем так близко.
Она видела нас время от времени, и это ее злило. Поэтому она приказала моему отцу от нас избавиться.
У Реджины перехватила дыхание.
– Нет.
Даффин мрачно кивнул:
– И для этого он нанял Ноулза.
– И все же он тебя не убил.
– Нет. – Даффин стиснул зубы. – Вместо этого отец отослал меня в закрытый пансион. Наверное, он подумал, что это меньшее, что он может для меня сделать. Уверен, ты понимаешь, почему я не испытываю благодарности за проявленное великодушие.
– А герцогиня знает, что ты жив?
– Я сделал так, чтобы узнала.
Став сыщиком, я нанес ей визит. У нас состоялась долгая и милая беседа. Никогда не забуду выражения ее лица, когда я вошел в гостиную. Она выглядела так, словно увидела привидение. Я сказал, что отправлю ее за решетку за убийство моей матери, если она снова попытается причинить вред тем, кого я люблю. Честно говоря, у меня не было доказательств, но она об этом не знала. Тем не менее герцогиня мне поверила, и больше меня не трогала, а два года назад она умерла.
– Значит, нынешний герцог Портленд – твой младший брат? – спросила Реджина.
– Да, хотя я сомневаюсь, что он знал о моем существовании до сегодняшнего дня. Уверен, что отец и его жена приложили к этому все усилия.
– Мне жаль, Даффин. Очень жаль.
Сыщик кивнул:
– Однако это не меняет того факта, что я тот, кто есть. Незаконнорожденный сын герцога и куртизанки.
– Мне нет до этого никакого дела, Даффин. Твое происхождение никогда меня не волновало.
