В тени кустов стучит сердце, а свет за окном пугающе медленно колеблется. Яркий огонь, гудящий в потолке и шорох одежды — все вместе создают непреодолимое чувство тревоги. Стальной цветок долины вырывается из глубин сознания, будоража жаром и холодом, радостью и отчаянием одновременно....
— Волыня сказала, — прошептал девичий голосок, прерывая мои воспоминания.
— Малуш, не слушай их, — отмахнулась Агнешка, наверное, единственный человечек здесь, который по-доброму ко мне относился."
"— Не буду, — с улыбкой кивнула, проходя мимо болтушек, завернув за угол, оторопело уставилась на двор дядьки Силана. Там был погром, тётка затеяла уборку и все от мала до велика, трудились не покладая рук. Михась и Радим, два старших сына лет так десяти перемещали поленницу ближе к бане, Всеслав и Тихон вытаскивали из подклети корзины, раскладывая их на солнышке для просушки.
Оглядев почти полностью завешенный ими забор, вдруг поняла, что даже у самого маленького Тихона была пусть плоская, но перьевая подушка, а я спала на подстилке набитой гречневой шелухой и шерстью. Это конечно полезно, но странно.
— Явились! — Рыкнула Бажена, завидев нас, — тут дел полно, а они гуляют.
— Мы ягоды собирали, по твоему поручению, — напомнила тётке, зная наверняка, что не услышит, а ещё хуже, подзатыльник даст.
— Волыня вон давно вернулась, — продолжила выговаривать крикуша, — Агнешка, хватит рот разевать, бегом до бани, бельё не сполоснуто, а ты корзину клади и тоже туда иди, половики лежат, отмокают.
— Иду, — буркнула, глядя вслед уже спешащей к бане Агнешки, единственной дочери Бажены, но ласки и любви у той к ребёнку совсем не было. Наверно поэтому девочка, ко мне прикипела и ходит хвостиком.
— А после одёжи садись чинить, — добавила тётка, видно, не удовлетворившись моей покладистостью.
— Хорошо, — кивнула, спеша скрыться из виду, а то ещё чего придумает.
Домотканые дорожки стирать руками, шоркая их о деревянную ребристую доску, то ещё удовольствие. Пару раз руки неловко срывалась, стирая костяшки пальцев до крови. Агнешке тоже было непросто выжимать большие отцовы рубахи, пришлось бросать своё и помогать. Радует, что нынче мальчишки воды натаскали, а иначе отправили бы ребёнка на реку, а вода в ней, хоть и лето на дворе, леденеющая, аж руки ломит.
— Всё, — устало выдохнула Агнешка, падая на лавку у бани, — Малуша, у тебя пирогов не осталось?
— Есть один, в сумме глянь, — пыхтя прошептала, развеивая тяжёлые от воды половики на забор.
— Будешь?
— Нет, — ответила, устраиваясь рядом с девочкой, я откинулась спиной на тёплую стену бани и прикрыв глаза, подставила лицо ласковому солнышку.
