И все подумали, что успей планета войти в Герметикон, сейчас, возможно, здесь разворачивалась полноценная спасательная операция с участием десятков, если не сотен, гигантских колониальных цеппелей. И просто пассажирских. И грузовых. Всех цеппелей, которые успели бы прийти на помощь. Но Траймонго не открыли. Операция не проводится.
Астероид всё ближе…
– Мы бы не смогли спасти всех даже объединённым флотом, – тихо сказал Дорофеев. – Слишком мало времени и слишком много людей. Мы бы не успели.
– И те, кого пришлось бы оставить, проклинали нас так, как сейчас проклинают все они, – закончил дер Даген Тур.
Кира кивнула и опустила голову.
Они давно не слушали радио, но знали, что эфир наполнен выкриками в их адрес: мольбы о помощи перемежались с проклятиями и злобными нападками. Они не слушали, но и не обижались. Они просто собирались уйти от готовящихся погибнуть людей, оставив их один на один с астероидом-убийцей.
– Галилей, ты рассчитал время и место удара?
– Да, мессер.
– Уверен в них?
– Абсолютно.
– А теперь скажи, что ты можешь сделать?
И в кают-компании установилась полная тишина. Кира смотрела на мужа с недоумением. Дорофеев, который предполагал подобное развитие событий, с интересом. Квадрига – напряжённо. Астролог знал, что этот вопрос будет задан, но не хотел на него отвечать. И осторожно поинтересовался:
– Почему вы спрашиваете, мессер?
– Потому что мы одним прыжком перенеслись из Северного Бисера в Южный, – ответил Помпилио, глядя Галилею в глаза. – Это весьма любопытное достижение, и я хочу знать, чему ты ещё научился?
– Мы шли идеальным штормом Пустоты, – очень тихо произнёс Квадрига.
– Который бушевал на всём нашем пути?
Галилей промолчал.
– Сколько цеппелей шторм утащил за собой? Мы пересекли Герметикон по диагонали, поэтому я не поверю, что ни одного. Кого ещё зацепило?
Галилей опустил голову. Кира тихонько вздохнула. Дорофеев открыл было рот, но захлопнул его, решив не мешать дер Даген Туру. Который вдруг сказал:
– Шторм тебя разбудил.
Квадрига вздрогнул:
– Почему вы так думаете?
– Потому что ты рядом со мной уже час, а ещё ни разу не приложился к бедовке.
Дорофеев нахмурился, а потом качнул головой, упрекая себя в невнимательности. Кира что-то прошептала, но одними губами – голос не подала.
– Я не знаю, как долго это продлится, – ответил Квадрига. Ответил совсем другим тоном и стало понятно, что цепляться за маску он больше не намерен.
– Ты имеешь в виду своё состояние?
– Да.
