Квота являлась платой авансом за услуги, которые истец никогда не предоставлял и, по злому умыслу, предоставлять не намеревается… Свидетели: Бирута Анна Маркветта Икарти, Аксель Мигуэль Эспара, Иго Тарвикс Сандовал… Сукины дети.
– Я вернула тебе мечи, – опустила взгляд Тициана. – И одновременно повесила тебе на шею новую проблему. Этот судейский меня обманул. Нынче утром подслушал, как я расспрашивала о тебе на паромной пристани. И сразу после вцепился, словно репей в собачий хвост. Теперь я понимаю, зачем. Этот иск – моя вина.
– Тебе понадобится адвокат, – хмуро произнес Лютик. – Но я бы не рассчитывал на госпожу юристку из Керака. Толк от нее если и есть какой – то уж не в судебном зале.
– Адвоката мне нанимать нет смысла. Вы обратили внимание на дату иска? Готов поспорить, что уже все рассмотрено и приговор вынесен – заочно. И что они уже арестовали мой счет.
– Я прошу прощения, – произнесла Тициана. – Это моя вина. Прости.
– Нечего извиняться, ты ни в чем не виновата. А они пусть подавятся, Риссберг вместе с судами.
Хозяин! Графин «Эст-Эст», будь-ка любезен!
* * *Вскоре они оказались единственными гостями в зале, и корчмарь демонстративными зевками дал им понять, что пора заканчивать. Первой отправилась к себе Тициана, вскоре вслед за ней сдался и Лютик.
Геральт не пошел в комнатку, которую делил с поэтом. Вместо этого негромко постучал к Тициане Фреви. Та открыла мгновенно.
– Я ждала, – пробормотала, втягивая его внутрь. – Знала, что ты придешь. А если бы не пришел, я отправилась бы тебя искать.
* * *Должно быть, усыпила его с помощью чар, иначе бы он наверняка проснулся, когда уходила. А уйти должна была до рассвета, еще в темноте. Остался от нее лишь аромат. Слабый запах ириса и бергамота. И чего-то еще. Розы?
На столике, на его мечах, лежал цветок. Роза. Одна из белых роз, что стояли в вазонах перед корчмой.
* * *"
"Никто не помнил – чем было это место, кто его построил и чему оно служило. За корчмой, в котловине, остались руины древнего строения, некогда большого и наверняка богатого комплекса.
От зданий почти ничего не уцелело: остовы фундаментов, заваленные сором ямы, то тут, то там – каменные блоки. Остальное разобрано и разграблено. Строительный материал был в цене, ничто не должно пропасть зря.
Они ступили под остатки разрушенной арки, некогда – внушительной, а нынче выглядевшей словно виселица; унылое впечатление усиливал плющ, свисавший, будто обрезанная веревка. Шли они аллейкой, ведущей меж деревьями.
![Обложка книги Избранные произведения. I том [компиляция]](/uploads/posts/images/6/izbrannye-proizvedeniia-i-tom-kompiliatsiia.jpg)
