"
"— Я не нуждаюсь в разговоре.
* * *Как только я вошел в наш дом, Джулия бросилась ко мне и обняла так крепко, что я испугался, как бы она не ушибла свой живот. Глаза у нее были красные.
Даниэле вошел в коридор следом за ней. В свои двенадцать лет он был почти такого же роста, как Джулия. Я все еще помнил, как он цеплялся за мои брюки.
— Разве ты не должен быть в постели? У тебя завтра занятия в школе.
— Я понял, что что-то не так, когда мама вернулась домой в слезах. Она не хотела говорить мне, что происходит.
Его голос уже превратился из мальчишеского в мужской. Я воспитывал его, много лет подозревал, что он не мой, а теперь обрел уверенность. Но это ничего не меняло. Джулия любила Даниэле и Симону, как своих собственных детей, и я тоже.
— У меня был разговор с Лукой.
Даниэле подошел ближе, на его лице был написан страх.
— У тебя неприятности, папа?
Это слово, слетевшее с его губ, все еще наполняло меня гордостью. Это никогда не изменится.
Джулия отступила назад, предоставляя нам место.
Я обхватил ладонями затылок Даниэле и притянул его к своей груди.
— Я все прояснил. Это было недоразумение.
Даниэле коротко обнял меня. Теперь, когда он уже не был маленьким мальчиком, таких проявлений привязанности стало меньше.
— А теперь иди спать.
Даниэле отстранился и направился наверх, перепрыгивая через две ступеньки.
Я обнял Джулию за плечи.
— Ничего не изменилось, — твердо сказала она.
— Ничего не изменилось, — подтвердил я.
— Даниэле хороший мальчик, мой мальчик, и он будет хорошим Младшим Боссом.
Джулия широко улыбнулась.
— Я знаю, что так оно и будет. Совсем как его отец, — она переплела наши пальцы. — Пойдем спать.
По тому, как она это сказала, я понял, что ей нужно больше, чем просто поспать, и после всего занятие любовью с моей женой казалось мне идеальным бальзамом.
После того как Джулия уснула, я направился в лаундж.
Лулу поспешила за мной. Большую часть ночей она проводила в постели Даниэле или Симоны, но мои шаги, должно быть, заставили ее последовать за мной.
Налив себе выпить, я опустился в широкое кресло и сделал глоток. В комнате было темно, если не считать лунного света, льющегося через окна, и тлеющих углей в камине.
Лулу пристально посмотрела на меня.
Я похлопал себя по бедру, и она легко вскочила, а потом свернулась калачиком у меня на коленях.
За эти годы мы с ней пришли к взаимопониманию.
