Помню только, что я это лицо сильно расцарапала, до мяса, тогда он и ударил меня, а потом выкрутил мне руку…Одного только не знаю зачем и за что? Я бы ему и так. Может не сразу, не в этот день. Но ему не надо было…он совсем иного хотел. Моей боли, крови, страданий и смерти.
Вспомнилось, как медсестра Света ко мне пришла в палату, позвала с ней на лестнице покурить.
— Я мазки взяла и на всякий случай проверила тебя…на беременность. Чисто все. Ни болезней, ни беременности.
Я ничего ей не сказала тогда. К окну отошла.
— На УЗИ тебя отведу, чтоб посмотрели нет ли каких повреждений внутри.
— А если есть, что напишите в заключении?
— Ничего не напишем. Так просто, чтоб ты знала и помочь если что…
Я к ней обернулась и зло спросила:
— Совесть мучит, да? Стыдно? Не надо мне ваших УЗИ, помощи, бесед этих. Идите купите себе шмотки или губы силиконом накачайте. Вам же заплатили чтоб вы молчали!
* * *Иду совершенно без денег по тротуару, дождь моросит, а я полусогнутая, потому что шов еще не дает разогнуться.
И внутри совершенно ничего нет. Пусто там. Как будто все удалили на операционном столе.
— Ксень…
Навстречу из ниоткуда Милка появилась. Вид как у побитой собаки, глаза припухшие, бледная.
— Ксень. Я поговорить пришла.
— Иди к черту. Ты уже поговорила.
— Я сегодня заграницу уезжаю.
— Скатертью дорога.
— Родители тоже скоро уедут.
— И им того же.
— Ксень. Просто забудь и живи дальше. Не ищи его…он страшный человек. Он монстр, он чудовище. Он на все способен. Ты ничего не докажешь.
Просто смирись и забудь если сможешь. И меня прости…не могла я сказать. Никто не мог. Прости, Ксень…прости меня.
Я ее не простила. Никого из них. И отца не простила. Я в тот день стала другим человеком. Когда дверь ключом своим открыла крикнула
:
— Па… ты дома?
Прошла на кухню и застыла на пороге, холодея от ужаса и невыносимой боли во всем теле особенно там, где ребра. Я так и не смогла поднять голову… я только смотрела на его ноги. Как они раскачиваются то ли от сквозняка то ли…не знаю почему.
На столе записка.
«Прости, это я во всем виноват».
* * *И снова проснулась от собственного крика.
На стене тикают Женькины часы, в комнате мягко разливается свет от ночника. Я протянула руку и посмотрела время на своем сотовом. Как всегда, ровно три часа ночи. Легла обратно на подушку и закрыла глаза. А потом так же резко открыла. Я вдруг поняла на кого был похож тот мужчина в белом офисе…
Меня впустили к Варе, как и обещали, уже на следующий день.
