Жаркое июля дыханье чувствовалось даже в самом сердце Пури. На улицах города жара превращала камни и деревянные конструкции в кипяток, а плющ на домах напротив создавал тень, за которой скрывались частично исчезшие фасады зданий. Виноградные лозы растиражировали свой узелчатый мазохизм по каменному каркасу здания, словно желая оставить последнее следа на этом месте, где уже давно не было ни души....
Святые угодники, да что в нем такое? Я уже готова была начать словесную перепалку и, если придется, понести наказание. Но благодетельница отчего-то слишком легко сдалась. Неужели для нее что-то значит мнение слуг? Или я чего-то не знала?
– Я рада, что наш конфликт исчерпан, – приторно продолжила графиня, – иначе мне бы пришлось отказать особе, приближенной к королю, а это по меньшей мере невежливо.
Несмотря на черную скорбь, изъедавшую меня изнутри, огонек любопытства зажегся в моей груди.
– Как ни странно, ты произвела на мадам де Ментенон самое благоприятное впечатление, – ответила на мой немой вопрос графиня. – Впрочем, супруга короля известна особым отношением к юным созданиям, оставшимся без родителей. Не будь у тебя такой покровительницы, как я, она наверняка приютила бы тебя в Сен-Сире[8]. Так или иначе, но маркиза де Ментенон приглашает нас в Версаль на бал-маскарад, который состоится в следующее воскресенье.
– Всего через пять дней? – воскликнула я. Мое сердце забилось быстрее: я смогу подать прошение об Этьене самому королю! Ведь, говорят, Людовик, несмотря на возраст, присутствует на всех версальских балах.
Заметив блеск в моих глазах, графиня снисходительно улыбнулась:
– Конечно, если ты предпочитаешь скорбеть и носить траур, я принесу извинения мадам де Ментенон…
– Нет-нет, не стоит! – поторопилась заверить ее я. – Было бы неучтиво с моей стороны ответить отказом.
– Рада слышать разумные речи. Тогда я напишу ответ маркизе. И советую тебе переодеться. Ходить в таком виде – ужасный моветон. Ты выглядишь, как кухарка.
– Да, мадам.
Я присела в реверансе, а, выходя из столовой, как бы ненароком спросила:
– Не стоит ли мне написать благодарственное письмо мадам д’Эдикур? Она была столь гостеприимна вчера.
Графиня удовлетворенно отметила:
– А мои уроки не прошли даром. Ты права, милочка, обязательно напиши. Лабутен принесет тебе гербовую бумагу и перья.
Я добавила:
– Мне бы не составило труда самой отвезти письмо маркизе. Если, конечно, вы посчитаете это нужным.
– Почему бы и нет, – благодушно согласилась графиня, – только сделайте это до ужина. К семи у нас ожидается особый гость."
"– Могу ли я узнать его имя? – взволновалась я.
– Пусть оно останется для тебя сюрпризом, – жеманно ответила мадам де Клермон, давая понять, что разговор окончен.
