- Жалкое зрелище, да? – обнимаю себя за плечи и дела. шаг назад. Хочется вернуться в свой панцирь.
- Ты даже не представляешь, как много это для меня значит, - тихий хриплый голос щекочет нервы.
- Это хорошо или плохо?
Осмелившись, поднимаю на него взгляд и утопаю в черных омутах, манящих утонуть в них.
- Иди ко мне, - шепчет Матвей и сам же сокращает между нами расстояние, чтобы в обнимку с медведем оторвать меня от пола и закинуть в иную реальность, в которую я сама несмело сделала первый шаг.
Глава 37
Пелену крепкого сна разорвал внезапно сорвавшийся истеричный звон будильника.
Рефлекторно вздрогнула телом, желая вырубить его раньше, чем проснётся сын, но в то же мгновение оказалась обездвижена и зажата в тёплые тиски сильных мужских рук.
Твою мать!
Глаза распахнулись, догоняя мысли. Он всё ещё здесь! Козырский всё ещё в моей комнате и самым наглым образом сгребает меня в охапку, не позволяя даже шевельнутся.
Снова дернулась в попытке дотянутся до будильника и снова оказалась поймана и прижата спиной к обнаженному груди.
Сама я, впрочем, тоже не отличалась одетостью.
- Матвей! – шипела, через плечо. – Отпусти!
- Нет, - пробормотал он сонно и зарылся носом в волосы на затылке, глубоко вдохнув.
- Сейчас Ваня проснётся, всё увидит и будет тебе такой «нет»…
Тело позади напряглось. Голова резко дернулась и подбородком воткнулась в моё плечо.
- Уже утро? – будоражаще промурлыкал, обдувая горячим дыханием истерзанную за ночь кожу плеча и шеи.
- А ты не слышишь, что будильник сейчас лопнет? – знаю, что походила на старую ворчливую бабку, но лучше так, чем тотальное смущение, в которое мне сейчас хотелось погрузиться с головой.
Матвей приподнял голову, посмотрел в сторону и потянулся рукой к прикроватной тумбочке, на которой разрывался будильник. Один ловкий удар по нему и наступила тишина.
- Предлагаю устроить выходной, - выдохнул он едва слышно и снова завалился, притянув меня к себе.
- Размечтался, - фыркнула я, как штопор проворачиваясь в его руках, чтобы оказаться лицом к лицу.
– Сегодня понедельник - садик, работа и прочие атрибуты тяжелого дня.
- Может, останемся здесь и займёмся активной половой жизнью?
- Козырский! – выдохнула возмущенно, но оказалась лишь уткнута носом в трясущуюся от сдержанного смеха грудь.
- Вообще-то, я имел в виду сон на полу. А ты о чём подумала?
- Шутник, блин, - потянулась довольной кошкой и обняла его за шею.
Мягкий поцелуй коснулся моих губ.
