Нападение диверсантов на замок, история с группой майора Гавриловича – эти безумные события затмили что-то другое, возможно, самое важное. Он вновь переживал недавние события: удар по голове в бельэтаже, пристальный взгляд из ночного леса, когда они со Станкой и Кустовым возвращались в замок.
– Да что с тобой, командир? – спросил Кустовой. – Ты меня пугаешь.
– Ты в мистику веришь, Михаил? – Вадим вышел из оцепенения, устремил тяжелый взгляд на товарища.
– Сам не верю и тебе не советую, – ответил Кустовой. – Это предрассудки, суеверия и архаический взгляд на вещи, чуждый образованным советским людям.
– Я тоже не верю. Значит, все происходящее не имеет под собой мистической основы и затеяно живым человеком. Или несколькими людьми. С этим я еще не разобрался.
– Ты о чем?
– Предчувствие. В замке происходит что-то страшное. Зря мы оттуда уехали. Возможно, еще не поздно, но я в этом не уверен. Поворачиваем оглобли, капитан.
– Подожди. – Кустовой явно растерялся. – У нас приказ прибыть в штаб.
Мы потеряли транспорт, если только сами не будем толкать эту колымагу.
– Пять километров, говоришь, проехали? Добежим, Михаил. Мы же помним, как сюда добирались. Темнота, пересеченная местность, отбитые ребра. За полтора часа доберемся. Пошли. Это приказ! За нарушение предыдущего я отвечу. Пойми, последствия нашего отсутствия в замке будут крайне тяжелыми.
– Каким местом я должен это понять? – спросил Кустовой. – Мы же оба не верим в мистику. Откуда у тебя эти предчувствия?
Глава 10
Часть пути они бежали, освещая дорогу фонариками.
Когда кончались силы, офицеры переходили на шаг, делали короткие остановки.
Темнота сгустилась, небо затянули плотные облака. Стал накрапывать дождик.
Вадим вспомнил вчерашние слова Веры Павловны о народных приметах. Угадала дамочка. Он гнал эту женщину из памяти, но она возвращалась, смотрела с ехидством, и в глазах ее переливались льдинки.
На подходе к замку они выключили фонари, перешли на шаг.
Вадим сошел с тропы, двигался краем леса, отгибая лапник.
На часах было десять вечера, но ему казалось, что настала глухая ночь.
Дождь прекратился, но облака остались. Они опустились почти до земли, завуалировали горные вершины, возвышающиеся на другой стороне долины. Не было никаких намеков на лунный свет.
Оперативники спустились к замку, присели за деревьями. Восточный двор был пуст. Из мрака проявлялись покоробленные стены, узкие окна в бельэтаже, приземистая южная башня со стрельчатой крышей.
