– Отчего же? – протянула Наденька неприятным голосом, – уж не оттого ли, что тебе нравится Федор Меркулов?
– Сегодня, когда арестовали его мать, мы все с ним обговорили, – отважно объявила Лидочка. – Мы помолвлены и поженимся, как только это станет возможным.
Наденька застыла на месте.
– Нет, этого не может быть! – вырвалось у нее.
– Отчего же? Мне уже восемнадцать, и я могу выходить замуж. Я с детства знала, что мне никто не нужен, кроме него.
– Это просто нелепо! – закричала Наденька.
– Лидочка, так нельзя! Ты начиталась романов… а жизнь – это не роман! Ты хоть представляешь себе, что такое жить с бывшим офицером, бывшим ссыльным… у которого ничего нет за душой! Его мать обвинили в убийстве… Газетчики вцепятся в вас и не оставят в покое! Ты опозоришь нас, ты отца опозоришь! Лидочка, опомнись…
– Я уже все решила, – сказала младшая сестра упрямо. – И я дала ему слово. Я не брошу его, что бы ни случилось.
– Так, замечательно, – сказала расстроенная Наденька.
– Пошли фразы из очередного пошлого романа…
– Не смей так со мной разговаривать! – вспыхнула Лидочка.
– Это ты не смей мне дерзить! – Наденька повысила голос. – Девчонка!
– Что происходит? – В гостиную вошла мать, шелестя белым платьем.
– Она собирается выйти за Федора Меркулова! – объявила Наденька, оборачиваясь к матери. – Мама, скажи ей, что это невозможно! Скажи, что ты и папа никогда не благословите этот брак!
– Дорогая, – сказала Елена Владимировна, мгновенно оценив ситуацию и взяв Лидочку за обе руки, – я прекрасно тебя понимаю.
Тебе жаль Федю. Нам всем тоже жаль его, поверь… Но ты еще молода. У тебя все впереди! Ты вполне можешь найти себе кого-нибудь получше… гораздо лучше… Может быть, даже похожего на папу…
– Ни за что! – Лидочка, вспыхнув, вырвала руки. – Я обожаю папу, ты знаешь, он замечательный, добрый, умный, с ним можно говорить о чем угодно… Но, мама, я всегда знала, что выйду за кого угодно, только не за ученого… Прости меня, если я тебя обидела, но… Мне нужен человек, который будет думать обо мне, а не о мировых проблемах!
– Очень хорошо, – пробормотала Наденька, кусая губы.
– Папа все делал для нас, для тебя, а ты теперь его оскорбляешь!
– Дети, давайте не будем ссориться, – сказала Елена Владимировна, лихорадочно пытаясь выиграть время и посылая старшей дочери предостерегающий взгляд.
