Я продолжал очень медленно двигать пальцами, позволяя ей оседлать последние нежные волны удовольствия.
— Потому что ты не судила меня. Ты меня не знала. Ты не вмешивалась в наш разговор, надеясь что-то из него извлечь.
Леона улыбнулась.
— Но я кое-что из этого извлекла. Я тебя поняла.
Я покачал головой на нее. Я медленно вынул из нее пальцы.
— Ты не знаешь, что для тебя хорошо.
Она слегка вздохнула, затем подняла одно плечо.
— Добро переоценивают.
Я снова поцеловал ее, пробуя себя на вкус.
— Ты чуть не умер сегодня из-за меня, — прошептала она.
— Никто никогда не делал для меня ничего подобного. Люди могут продолжать говорить мне держаться от тебя подальше, если они хотят, но это не заставит меня любить тебя меньше.
Мое тело напряглось от ее признания. Любовь была опасной вещью, тем, что ставило на колени самых стойких бойцов. Слабость это то, чего я не могу себе позволить, если хочу оставаться на стороне Римо. Но любовь это не выбор. Это было похоже на пытку.
Что-то случилось с тобой, и ты не мог этого остановить. Это была единственная пытка, перед которой я не мог устоять.
Я убрал с ее лица мокрый от пота локон, удивляясь, как она могла пролить слезу на непроницаемый фасад, который я построил с тех пор, как отец бросил меня. Она, с ее приводящей в бешенство наивностью, ее застенчивой улыбкой. В своей жизни я видел, как люди, о которых я заботился, покидали меня один за другим. Я поклялся себе никогда никого не впускать в свое сердце.
А теперь Леона все изменила.
— Твое выражение лица немного тревожит меня. Что происходит?
Я раздраженно покачал головой. Я уже давно никого не боялся, а теперь веду себя как гребаная киска.
— Черт, — выдохнул я. — Я люблю тебя.
Она сделала маленький шаг назад, удивление отразилось на ее красивом лице.
— Я не думала, что ты это скажешь.
— Ты не думала, что я люблю тебя?
Она засмеялась, затем снова втиснулась между моих ног, притягивая нас ближе и посылая укол боли через мое тело от движения, но мне было все равно.
Если бы я не думал, что это может засунуть одно из моих сломанных ребер в легкие, я бы трахнул ее прямо сейчас. Нет, занимался с ней любовью, помоги мне Бог.
— После того, как ты согласился на смертельный бой, я была уверена, что ты любишь меня, — сказала она с легкой улыбкой. — Но я не думала, что ты признаешься в этом.
Иногда я забывал, как хорошо она меня знала.
