Только одно омрачало счастье этого знаменательного дня: она не знала, любит ли избранник ее так же сильно, как любит его она. Он выглядел серьезным, может, даже несколько потрясенным тем, что свадьба все же состоится.
Но, о боже, как же он был красив в своем парадном мундире!
Алане внезапно захотелось расплакаться. «Почему я не могу…» – Она не стала заканчивать мысль. Ведь сегодня их судьбам предстояло соединиться навеки. Если только не…
– Что-то не так? – спросил Кристоф, когда взял ее руку, чтобы помочь подняться на амвон.
Откуда он знает? Проклятая вуаль недостаточно плотна, чтобы скрывать чувства или иметь возможность притворяться. Алане придется сказать это… ради него самого.
– Ты уверен, что хочешь этого? Я ведь могу сбежать, так что отец не станет тебя винить.
Кристоф осторожно отбросил вуаль с лица Аланы. Должно быть, не хотел упустить ни малейшего выражения на ее лице в ответ на его вопросы.
– О чем ты говоришь? Ты не хочешь выходить за меня замуж?
Она опустила глаза.
– Вообще-то хочу… Но боюсь, что ты не хочешь.
Священник откашлялся, готовый начать церемонию. Но готовы ли к этому жених с невестой?
Кристоф поднял руку, чтобы остановить святого отца, после чего приложил эту же руку к щеке Аланы. В толпе собравшихся пролетел ропот. Сейчас было не лучшее время для разговоров!
– Я знаю, что должен был сказать тебе это раньше, – начал он. – Но я думал, что ты и так понимаешь: если бы я не хотел жениться, меня бы здесь не было.
Пойми, я не ожидал, что полюблю тебя, да еще так скоро. Не ожидал, что у меня возникнет потребность быть постоянно рядом, не выпускать тебя из виду, знать, где ты находишься каждую минуту каждого дня.
Неужели только что он сказал, что любит ее? Алана не была уверена. И в ответ произнесла жалобным тоном:
– Ты относишься к своей работе чересчур серьезно. Тебе не придется все время присматривать за мной.
Кристоф покачал головой:
– Я не о своей работе говорю, моя Алана.
Я говорю о том, что происходит здесь. – Он ударил себя кулаком в грудь. – И не уверен, что мне это нравится.
У нее перехватило дыхание.
– Нет?
– Это похоже на одержимость, – признался он с растерянным видом. – Я словно чертов фанатик!
У Аланы вырвался вздох облегчения, сменившийся смехом.
– Ты считаешь, что для брака это не годится? – лукаво осведомилась она.
– Если это чувствует только один из нас, то да.
