В темном доме, где каждый камень казался следом за убийцей, я чувствовала себя под общей мраковой тенью. Головокружительная тишина сводила с ума: ни звука не доносился из-за скрытой балдахина кровати хозяина дома. Казалось, что каждый предмет и уголок комнаты выдают присутствие недавних жертв....
Ее широкая лента неумолимо отделяла благопристойные районы и деловые улицы от бедных кварталов, не слишком благоприятных для вашего здоровья. Неподалеку на Собачьем острове виднелись мрачные приземистые здания складов. Пахло сыростью и чем-то гнилым.
– Чувствую себя сейчас как в лодке у Харона, – пошутил Фонтерой, облокотившись на перила.
Я понятия не имела, кто такой Харон, но, судя по тону моего спутника, знакомство с ним не предвещало ничего хорошего.
– А я как в гондоле воздушного шара, висящего среди туч.
Один раз мне довелось видеть запуск воздушного шара, и это зрелище останется в моей памяти навечно. Огромный цветной купол занимал полнеба, висевшая под ним гондола с суетящимися человечками казалась совсем крошечной. Вот где настоящее волшебство! Куда уж там мистеру Амброзиусу!
Фонтерой взглянул на меня с искоркой интереса:
– Если хотите, могу устроить для вас такую прогулку.
Это было слишком прекрасно, чтобы быть правдой, так что я пропустила его обещание мимо ушей.
– Мне нужно навестить в Кречи одного человека. Он наверняка знает, не получал ли кто из местных заказ на кражу необычного амулета. Только, пожалуйста, будьте осторожны! Это вам не прогулка по Бонд-стрит!
– Не беспокойтесь, – усмехнулся граф.
Что? Вообще-то это я должна была сказать! Я присмотрелась к Фонтерою, насколько позволял туман. Поразительно, но стоило ему пересечь мост, как он неуловимо изменился – словно острый кинжал вынули из бархатных ножен. Изящный холеный аристократ остался в особняке. Рядом со мной шел совсем другой человек, от которого ощутимо веяло опасностью. В мою бытность Стрекозой я обходила таких типов по широкой дуге.
Сразу от моста начинался Кривой переулок. Это была узкая и порядком загаженная улица с неровной булыжной мостовой. Редкие прохожие старались незаметно прошмыгнуть мимо опасного места. Тень тюрьмы угрожающе нависала над этим районом. У нас говорили так: «от Кречи до Табрена5 недалече». И, действительно, карьера многих здешних обитателей закончилась на табренской виселице. Я была редким исключением.
Везение не раз меня выручало.
