Поджав хвост, улепетывать назад под крылышко короля Георга VI, а потом на заслуженную пенсию.
Интересно, почему Шалтай вообще его спасает? Хотя почему именно спасает… Юрген глубоко внедренный резидент, вряд ли хоть одно из его действий имеет простую общечеловеческую мотивацию. Может быть, раскрытие Бабы Яги так или иначе приведет к нему, а может еще что-то… Может даже что-то вообще дикое, типа, нужно, чтобы Британия получила какие-то сведения и посчитала их достоверными.
Короче, не лезь, дядя Саша. Шпионаж — искусство хрупкое, и лезть в него неуемным своим любопытством не стоит.
Работает человек. А я в меру сил помогаю.
— Алекс, ты знаешь, где улица Рябиновая? — Шалтай, до этого момента делавший вид, что меня за столиком вообще нет, вдруг обратился ко мне.
— Эээ… — я ненадолго завис. — Вроде где-то на юге, да?
— Я знаю, — буркнул Баба Яга. — И мне не нужны провожатые, я смогу и сам выбраться."
"— Думаю, что время вашей импровизации закончилось, — жестко сказал Юрген. И снова повернулся ко мне. — Рядом с бывшим домом по Рябиновой, четырнадцать стоит каменный остов колодца с журавлем.
И груда досок. Под досками, если подойти пять часов от колодца, есть проход вниз. Доставь этого человека к… Нашему общему знакомцу в лесах. И проследи, чтобы он себе пулю в башку не пустил.
— Даже в мыслях не было, — Баба Яга гордо приосанился. Точнее, попытался, потому что вышло неубедительно.
— Хорошо, если мне показалось, — холодно произнес Юрген. — Ключи от машины под совой. Просто запомни, на месте поймешь.
Все, выметайтесь, у вас чертовски мало времени.
Баба Яга тяжело поднялся. Бл*ха, как же он поменялся за этот разговор! Из пожилого, но крепкого дядьки в старую развалину, скрипучую, как его голос. Сколько ему по-настоящему лет, интересно? Пятьдесят? Семьдесят?
Я приобнял нежданного подопечного за плечи и принялся невнятно рассуждать о поэзии Гейне, сбиваясь на рассказывание какого-то анекдота без начала и конца. Баба Яга показал, что он, все-таки профи. Разговор подхватил, спорил со мной заплетающимся языком, покачивался.
Так что со стороны мы выглядели очень органично — просто подвыпившая пара приятелей идет домой из бара.
Эту маску мы скинули тотчас же, как только свернули с более или менее освещенной Плаунер в тенистый запущенный сквер, до которого пока что не добрались вырубщики — Псков готовился к зиме.
Баба Яга сбросил брезгливо мою руку с плеча и процедил сквозь зубы непристойное ругательство на немецком. Я не стал с ним спорить.
