Кстати, о ней. Основной удар пришелся на корпус, головой приземлялась уже мягче. Расшибла, но без сотрясения. Будет болеть несколько дней. Мы до вечера ее понаблюдаем, отдохнёт, придет в себя и часиков в шесть сможете забрать.
– Понял, спасибо, – отец жмет ему руку.
– К ней можно сейчас? – влезаю в разговор.
– Нельзя, – за врача зло отвечает родитель. – В машину иди.
Остаюсь на месте.
– И правда к ней сейчас лучше не надо, – поддерживает отца доктор. – Этель вкололи успокоительное, девочка будет спать. Она замерзла, испугалась.
Лучше вечером. Не надо сейчас тревожить.
– Поехали, Артем. Ты еще успеешь в лицей, – зовет отец.
Стою. Не могу я отсюда уйти. Ноги вросли в бетонный пол, а сердце все еще нервно сжимается и ломится к Эле пытаясь пробить ребра. Мне очень нужно ее увидеть и я, пересиливая себя, дергаю отца за рукав и стараюсь сделать максимально умоляющие глаза. Кот из известного мультика не получился, но что-то в старшем Северове дернулось.
– Я просто увижу ее и все. Пожалуйста. Даже заходить в палату не буду.
– У тебя минута. Доктор, разрешите ему просто заглянуть в палату. Он будет паинькой. Будет ведь? – давит интонацией.
– Обещаю, – киваю в ответ.
– Ну хорошо, пойдем.
Врач ведет меня по коридору к одной из палат. Приоткрывает дверь. Отсюда хорошо видно, как моя девочка лежит под электроодеялом. Под него уходит тонкая мутная трубочка капельницы. Моя девочка все такая же бледная и растрепанная.
– Все, иди, мальчик. Пусть она отдохнет.
– Спасибо, – растерянно ответив, иду к отцу, как и обещал.
Спокойно сажусь в машину. Молча едем до дома. На улице уже светло. Я не помню, сколько не спал, но сейчас даже если попытаюсь, все равно не смогу, так что мне больше ничего не остается, как принять душ, переодеться и собраться в лицей.
– Поешь, Тёма, – просит бабушка. Она немного успокоилась, когда узнала, что с Элей все в порядке и вечером мы заберем ее домой. – Горе ты мое, – вздыхает она. – Ну вот что ты вечно лезешь в самое пекло? Где неприятности, там мой внук, – грустно улыбается.
– Прости, – виновато опускаю взгляд в чашку кофе. Больше ничего не хочу. От мыслей о еде тошнит. – Ба, а давай к маме сходим, когда Этель выпишут. Втроем. Я соскучился, – в горле встает мерзкий ком. Чертовы нервы не выдерживают перегрузок.
– Обязательно сходим, – она подходит ко мне со спины, крепко обнимает, целует в макушку и успокаиваясь плавно раскачивается вместе со мной. Я кутаюсь в ее родном запахе, там похожем на мамин.
