— Ты вряд ли сможешь сейчас найти такси, — прозвучало с издевкой.
Вскинула на наглеца взгляд, ожидая объяснений.
— На «Арене» сегодня выступает солянка из рок-групп. Весь тусняк там.
Черт! Точно! Я помню, еще удивилась, что Макса это не заинтересовало. Но он ответил, что так даже лучше — половина народа отсеется. Только, судя по количеству сегодняшних гостей, концерт рок-звезд оказался менее популярным. Но там, наверняка, собрался весь город, который на такие мероприятия добирается исключительно на такси.
И, что вполне ожидаемо, таксисты тоже крутятся в ближайшем районе.
— Могу предложить два варианта. — Макарский подался чуть ближе, заставляя меня отступить на шаг.
— Что-то мне ни один из них уже не нравится. — Я еще увеличила расстояние между нами.
— Ты даже не знаешь какие! — Сколько самодовольства сквозило в его наглых, но красивых глазах.
— И каких же? — Я сложила руки перед грудью, ежась от одного вида полураздетого парня. В конце концов, выслушать-то его я могу.
— Ты называешь мне адрес, и я с радостью доставлю тебя, куда скажешь.
— Загадочно улыбается паршивец. — Или мы можем сначала прокатиться по городу…
* * *Нет, ну не нахал ли?! Буквально минут двадцать назад его вело и шатало, а сейчас он готов прыгнуть за руль?
— А права не жалко?
— В каком смысле? — Макарский на секунду растерялся.
— В прямом! Водительские права у тебя что, лишние?
— А-а, — протянул он и широко улыбнулся. — У меня их нет, — заявил горделиво.
Блеск!
— Рапунцель…
— Меня зовут Ева!
— Ладно-ладно! — Коварная улыбка изогнула красиво очерченные губы.
— Ева, для таких случаев существуют личные водители, — шепотом, словно поведал самый главный секрет, поделился Макарский.
Он наклонился, и я смогла уловить ненавязчивый запах мужского парфюма. Не резкий, а такой приятный, свежий. Цитрусовый с нотками кедрового леса.
— Какая прелесть! — фыркнула, хотя руки так и чесались смазать довольную улыбочку с одного наглого лица, и на ум почему-то опять пришла знаменитая сковорода.
— Знаешь… Пожалуй, я готова принять твое предложение, но с небольшой поправкой.
— Какой? — оживился бедолага.
Явно замерз ведь! На улице было не больше пяти градусов.
— Я воспользуюсь услугами твоего водителя, а тебя он заберет потом, — сообщила, скопировав его широкую улыбку.
Макарский снова рассмеялся.
— Теперь я понимаю, почему Тимохин так тщательно тебя скрывал.
Я нахмурилась, так как не совсем поняла, что он хотел этим сказать.
