И они смогли найти подвал, с пола до потолка увешанный фотографиями, смогли найти раньше, чем Шутов успел с ней что-то сделать, но Яр понял это лишь тут, в больнице. А влетев в мавзолей Анастасии Титовой, он увидел, как Саша оседает на пол, с белым лицом и совершенно синими губами, уже тогда руки были у нее холодные, как льдинки. Были тогда, и оставались до сих пор. Три дня он ждал, когда она откроет глаза, и был готов ждать еще столько же, сколько угодно, столько, сколько будет нужно ей.
— Вернись ко мне, солнце. Прошу тебя, — он склонился к бледно-розовым теперь губам, нежно коснулся. Когда-то его спящая красавица проснулась от поцелуя, и не важно, что была не слишком счастлива, встрече с ним, главное — проснулась. Он верил, скоро это повторится. — Я люблю тебя.
Она не могла слышать, во всяком случае, Ярославу почему-то так казалось, но холодная ладошка сжала его руку чуть сильней, а потом снова расслабилась.
* * *Во второй раз, Саша проснулась уже ночью. Проснулась от жуткой жажды, а еще от чувства, что воздух закачивают в нее насильно. Высвободив руку, она потянулась к носу, стягивая с лица прозрачные трубки. Дышать стало немного сложней, но куда привычней. Потратив несколько минут, она снова смогла сесть, привыкла к темноте.
В кресле, рядом с кроватью снова сидел человек, на этот раз уже не Глафира, и именно из его ладони, она высвободилась, не так давно.
Ярослав спал. Вытянув ноги, склонив голову к плечу, он спал, даже не подозревая, что она наконец-то снова с ним.
Очень долго Саша сидела, просто вглядываясь в его лицо, она искала подсказку в нем, но, к сожалению, он помочь ей вспомнить, что произошло не смог бы. Не стал бы, а это было нужно. Тяжело вздохнув, Саша подобрала под себя ноги, снова закрывая глаза. На этот раз, она не собиралась спать. Она собиралась вспоминать, что случилось утром и позже.
"
"«Да, — монитор развернули так, что Саша сама смогла увидеть нечеткое изображение на нем.
— Вот ручки, — доктор указал в еле заметные белые полосы. — Вот ножки, — взгляд натолкнулся на еще менее различимые абрисы. — Всего по две…»
Сдержать вздох, Саша не смогла.
«— Так говорит Саша.
— А как говорит Александра Константиновна?
— А Александра Константиновна предпочитает говорить сама с собой.
