– Но зачем вашему отцу покушаться на жизнь его величества? Да, я слышала, что герцог желает вернуть те земли, что достались Камрии по мирному договору, но что за корысть в этом лично для него? Или он готов пойти на убийство ради блага Эльзарии?
Я лихорадочно соображала, что делать. Следовало предупредить Алана, и немедленно! Но что делать, если я не застану его во дворце? Рассказать королеве Лилиан? А что, если в этом заговоре участвует и она? Кому вообще можно доверять в подобной ситуации?
– Мне кажется, он заключил сделку с его величеством Эльзаром, – прошептала она и испуганно ойкнула, сама подивившись той дерзости, что слетела с ее уст.
Похоже, она отнюдь не была такой простушкой, какой казалась. – Именно поэтому его величество не возражает против нашего союза с принцем Эмильеном, что очень многих удивляет. Если Алан Седьмой будет убит, на престол взойдет его сын Эдмон, а он еще слишком мал, чтобы принимать решения, и править за него будет мать, которая всегда и во всём слушалась своего отца.
То есть, мой отец преподносит его величеству Камрию, а его величество дает мне возможность стать женой Эмильена. Но я не хочу становиться принцессой такой ценой!
Я не знала, почему она пришла именно ко мне, и не было ли это с ее стороны какой-то игрой, смысл которой я пока не поняла. В любом случае мне нужно было поговорить с Аланом. Предупрежден – значит, вооружен.
– Как именно они собираются убить Алана?
– О, это тоже ужасно! – простонала она. – Потому что они собираются сделать так, чтобы в преступлении обвинили совсем другого человека. Одним решением отец пытается уничтожить сразу двух своих врагов.
– Эдит, прошу вас! – я призвала ее попридержать свои эмоции в угоду фактам.
– Да-да, конечно, – спохватилась она. – Они каким-то образом узнали, что генерал Дюплесси получил от Алана Седьмого солидную сумму денег, которые ему нужны для содержания гарнизона.
И теперь генерал собирается отблагодарить его величество, прислав ему в подарок серебряный кубок, уже много столетий принадлежавший его семье. Из уважения к генералу его величество захочет испить из кубка вина.
– А вино будет отравленным, – догадалась я.
– Именно так! – подтвердила мадемуазель Лурье. – Вернее, будет отравлено не вино. Ядом будет смазан сам кубок.
