Ты не поверишь, Джейн, но генерал Дюплесси арестован. Говорят, он отравил короля Камрии!
Я не спала всю ночь и только под утро провалилась в беспокойный сон. Мне снились кошмары, и потому я почти обрадовалась, когда Берил меня разбудила.
– Ваша светлость, там дама! – похоже, она уже не удивлялась до неприличия ранним визитам.
Кажется, дама снова не назвала свое имя.
– Та же самая? – уточнила я, имея в виду мадемуазель Лурье.
– Никак нет, другая.
Сердце испуганно ёкнуло. Я торопливо поднялась, кое-как привела себя в порядок и, надев то платье, что принесла горничная, сбежала вниз.
– Ваше величество! – я пораженно остановилась, когда узнала гостью. Внутри всё сжалось от нехорошего предчувствия.
– Джейн, я сойду с ума, если не поговорю с вами! Если бы вы знали, как мне тяжело! Я уже была в храме, но никакие, даже самые щедрые, жертвования не способны успокоить мою совесть.
Мы расположились в гостиной, и я строго-настрого велела Берил нас не беспокоить. Нет, чаю не надо. Вина – тоже.
– Как себя чувствует его величество? Принял ли он снадобье, о котором говорил граф Леру? Помогло ли оно ему хоть немного?
Я забрасывала ее вопросами, пока она собиралась с силами, чтобы ответить хоть на один из них.
– Я – обманщица, Джейн! – она сказала это и расплакалась. – Я лгала так много лет, что уже сама не различу, где же правда. Я солгала даже вам – хотя сама же набивалась на откровенность. Помните, я говорила вам о том, что любила Леонарда Дюплесси? И что легко сдалась, поддавшись увещеваниям отца? Так вот – на самом деле всё было не совсем так.
Я боролась, Джейн! Вернее – я пыталась бороться! И даже когда отец отправил меня в спальню Алана еще до свадьбы (да-да, было и такое!), я дала себе слово, что попытаюсь избежать этого брака. Его величество тогда, к счастью, меня отверг, и как только он уехал из Луизаны, всё же согласившись заключить столь нужный для Эльзарии союз, я решилась на отчаянный поступок. Я сама приехала к Леонарду и убедила его, что единственный способ нам с ним быть вместе – это стать мужем и женой раньше, чем меня выдадут за другого.
Я знала, что нас узнают в любом храме, и ни один священник не совершит обряд без согласия на то моего отца. А потому я убедила генерала стать моим мужем без всякого обряда. Да, я поступила как падшая женщина, но что мне оставалось делать? Я до сих пор помню те несколько часов, что мы с Дюплесси провели в объятиях друг друга. А потом я призналась во всём отцу.
