— Мы? У тебя же учения или как это там у вас называется?"
"Проверяю шкафы, чтобы точно ничего не забыть. Помню, мама говорила, что из больницы надо забирать все, чтобы туда больше не вернуться. Дурацкая примета, но сейчас я бы поверил и в нее. Не хочу, чтобы Ковалева еще раз вернулась в мою жизнь.
— Одевайся. Чего встала? — сжимаю в кулак ручки ее сумки.
— Грубо! — недовольно морщится Алиса.
— У тебя две минуты, — не реагирую на ее возмущение. — Жду на улице.
Выхожу вместе с ее сумкой. Курить хочу, капец как.
Но тут нельзя. Со Стасей я легко смогу бросить, а Ковалева — это нервы. Всегда гребаные нервы!
Выходит. Для надежности, беру ее под руку и тяну за собой к УАЗику.
— Мы поедем на ЭТОМ?! — тычет наманикюренным пальцем в тачку.
— Можешь бежать следом, — пожимаю плечами и сажусь за руль.
Завожу, грею движок и курю в окно. Алиса, сопя, забирается на пассажирское рядом со мной. Парни открывают нам ворота. Выезжаем в темноту. Фары освещают дорогу, а по сторонам густая ночь, затопившая лесной массив.
В мобильнике работает навигатор. Над головой горит тусклая желтая лампочка. Гашу ее. Ковалева съеживается.
— Куда мы едем? — подает она голос. Пейзаж за окном не меняется. Алиса заметно нервничает.
— Узнаешь, когда доберемся. Но знаешь, меня пару раз уже посетила заманчивая мысль высадить тебя еще километров через тридцать. Вдруг до тебя тогда, наконец, дойдет, что между нами все. Совсем все. И никаких вариантов. Вообще никаких! Никогда! — руки сжимаются на руле и снова тянет схватиться за сигарету.
— Так не бывает. Всегда есть второй шанс.
— Да чтоб тебя! — бью ладонью по рулю. — Нет у тебя второго шанса! Если бы я трахался на стороне, ты бы дала мне шанс?
— У тебя вместо любовницы была учеба. И ты всегда выбирал сначала ее, а потом меня. И я принимала. Просто сделала ошибку. Я же скучала, Захар. Мне не хватало тебя, твоего внимания, твоей ласки. Девчонки с парнями в клубы ходили, в рестораны, а мой Захар в казарме с другими мужиками, а не со мной.
— Между нами все гораздо глубже твоих регулярных измен, Ковалева.
Не делай вид, что разрыв завязан на одном сексе.
— Знаю. Знаю, что тебе было больно, — гладит меня по плечу. Скидываю ее ладонь. Противно.
— Ни хрена ты не знаешь. Ты даже не представляешь себе, какое облегчение я испытал в момент, когда пришло понимание — я избавился от чувств к тебе. Я люблю другую. И это нереально кайфово, Ковалева. Без истерик и манипуляций. Без угроз, скандалов и необоснованных требований.
