Оно и сейчас неизведанное. Меня никто больше так не целовал, не возбуждал страсть.
О его гибели я узнала из новостей и ни на секунду не поверила, что это произошло случайно. Слишком чудовищное стечение обстоятельств. Не удивлюсь, если отец участвовал в этом. Но при мне семья Нортман никогда не обсуждалась.
Утром я спустилась к завтраку и сразу поняла, что отец вернулся. Из кабинета доносилась отборная брань. Что случилось, интересно? Я осторожно подкралась к кабинету и остановилась возле неплотно прикрытой двери.
– Он вывел мои деньги! – кричал отец. – Обокрал меня, сученыш!
– А если обратиться к властям? – услышала настороженный голос мужа.
– Ты идиот?! – отец вызверился на него. – Как я налоговой объясню происхождение этих денег! Сукин сын! – Я не знала, кто обставил отца, но была благодарна ему. Значит, справедливость все же есть! А за преступлением всегда следует наказание. – Нужно было пристрелить и его вместе с братцем! Ублюдки Нортманы!
Я закрыла рот ладонью, едва сдерживая вопль. Так вот что произошло?! Грея, брата Марка, убили, а он сам… Авиакатастрофы не было, получается?! Боже… Мой отец и муж чудовища.
Я это и раньше знала, но хладнокровное убийство… Потом замерла, пораженно закусив губу: Марк жив. И он вернулся…
Глава 2
Мелена
Я незаметно опустилась в кресло на четвертом ряду небольшого театра Уэст-Палм-Бич. Здесь работала на полставки миссис Харрис, мой педагог по вокалу. На репетициях она играла на фортепиано и помогала артистам ставить голос. Иногда даже позволяла мне садиться за инструмент, а сама муштровала молоденьких актрис.
Я обожала это время. У меня был час на себя и свою мечту. Это было моей отдушиной – в театре все надевали маски, а я снимала. Здесь я становилась собой. Хотя нет, той, которой мечтала быть. Всего на час. Даже меньше, чем было у Золушки.
Правда, сегодня я не стремилась на сцену – мысли совсем о другом. Два дня я ходила сама не своя. Все думала о Марке. Понимала, что для меня его возвращение ничего не меняет. Он и не помнит уже девчонку, которая выскочила ему под колеса, а потом просила о поцелуе.
Но я была счастлива уже от осознания, что он есть. Где-то там живет, дышит, улыбается. А еще меня переполняла странная эйфория от его изощренной мести отцу. Да, это удар по всей семье Берроуз, но мне хотелось смеяться. Эти деньги для меня никогда ничего не значили. Пусть Марк мстит. И за меня тоже, хоть и не знает об этом.
Кто-то сел рядом, обдавая острым запахом пряностей и океанской свежести.
