В пропавшей сумке была тетрадь, которая куда ценнее ноутбука. Именно ее Веста хотела вернуть.
– Это контакты покупателей?
– Ну не думал же ты в самом деле, что такое количество дури она хранит для личного использования?
Селиванов промолчал, из чего я заключила, что вполне себе думал.
– Выходит, кто-то ей этот список дал…
– Кто бы это мог быть? – улыбнулась я.
– Витязь? – испуганно произнес Селиванов.
– Как ты говорил? Не собственными руками, зачем мараться?
– Борисов, значит.
– Учитывая специфику их бизнеса и плотное общение Весты с Борисовым, вполне вероятно, что он.
– Как мы это проверим?
– Действительно, как? – передразнила я. – Кто на труп с улицы Фурманова выезжал? Пусть поищут в квартире образцы почерка. Но ты всегда можешь спросить об этом саму Антохину, показав ей распечатку.
– Спросишь у нее, – чертыхнулся Антон.
– Говорю тебе, она боится. Сам посуди. Череда смертей. О кончине Борисова она, похоже, только сегодня узнала от нас. Но наверняка пыталась с ним в последние дни связаться.
Ответить он, само собой, ей уже не мог, что вряд ли добавляло ее душе спокойствия.
– Получается, боится она Витязя?
– Полагаю, что так. Но она может и сама не знать, кого, собственно, боится. Вряд ли Борисов досконально все объяснил. Неизвестность, кстати, всегда пугает особенно сильно.
– За что Витязь всех-то порешил? Без разбору! Борисов понятно, у них там свои дела и счеты. Сухова, если верить твоей Весте, была его бабой. Тут еще можно понять.
Попала под раздачу. А тот блаженный при чем?
– Космос?
– Ну.
– Почему сразу блаженный? Ты его не видел ни разу.
– Имя наводит на мысли…
– Ты лучше свои мысли в правильное русло пускай. Ремень от ноутбука был у него в квартире.
– Так, – Селиванов внимательно на меня поглядел и даже подпер щеку рукой, приготовившись внимать каждому моему слову.
Я поразилась чужой несообразительности.
– Значит, и сумка была.
Антон хлопал глазами.
– И тетрадь.
– А, – наконец выдал он.
– Свидетель, значит. Но там все зашифровано было, записи эти.
– Как видишь, мне потребовалось немного времени, чтобы перевести это на человеческий.
– Пара минут, – кивнул он.
– Когда они узнали, где искать тетрадь, пришли к парнишке ее забрать. Нет контактов – нет бизнеса. А Космос, как назло, оказался несговорчивым. Вещи-то Антохиной, а он к ней нежные чувства питает.
– А убивать-то зачем?
– Ну ты с методами их работы больше знаком, как я понимаю.
