Одна мысль не давала мне покоя, я боялась, что она вот-вот ускользнет, поэтому оставила Селиванова просиживать рабочее место дальше, а сама отправилась в сквер неподалеку.
Я достала телефон и несколько минут смотрела на экран. Наконец набрала номер Гэтсби.
– Татьяна, рад слышать.
Я поморщилась, вспомнив нашу нелепую встречу вчера, а следом зачем-то и свой побег из его особняка ранним утром. С трудом поборов в себе желание извиниться за свое поведение, я спросила:
– Могу я попросить вас о помощи?
– Разумеется, – спокойно произнес он.
– В любое время.
– Мне очень нужно выяснить, в каких отношениях ныне покойный Тимофей Борисов состоял с Суховой Натальей Андреевной. Должна предупредить, что она отправилась на тот свет незадолго до него самого. Мне сказали, что они были любовниками. Но информатор не очень надежный, имеет свои интересы…
– Я проверю, – заверил Гераскин.
– Спасибо."
"– У меня тоже будет к вам просьба.
– Какая?
– Не откажете мне в ужине?
Я рассмеялась.
– В «Мансарду», где мы с вами вчера так удачно пересеклись, приезжает шеф из Италии.
Будет прекрасный…
– Мы можем выбрать другое место? – перебила я Гэтсби.
При одной только мысли о том, что снова придется туда вернуться, мне сделалось нехорошо.
– Не любите повторяться? Понимаю… Я что-нибудь обязательно придумаю. Не прощаюсь.
В трубке послышались гудки. Я сунула телефон в сумку и поспешила обратно в контору. Поднялся холодный ветер, а из туч того и гляди повалит снег.
Я шла по дорожке, стараясь не поскользнуться на подмороженной листве, и смотрела под ноги.
Внезапно уперлась в чью-то широкую грудь.
– Извините, – буркнула я и поспешила обойти прохожего.
Но он стоял как вкопанный. Я нахмурилась и подняла глаза. Передо мной возвышалась знакомая фигура. Ланс. Одет с иголочки, волосы зачесаны, на голове – шляпа. Тяга к эффектным появлениям у него с детства.
– Мимо проходил? – ехидно улыбнулась я.
– Привет, – спокойно ответил он.
– Может, зайдешь? – я кивнула в сторону конторы.
– У нас гостям рады.
– Обожаю твой характер, Тайна.
– Составим протокол о правонарушении. Ты ведь с повинной явился? Проникаешь в чужое жилище, устраиваешь поджог. – Я смотрела на него снизу вверх, а в его глазах плясали черти.
– Я сгораю от любви к тебе. А ты всего лишь частичка меня.
– Ага, в окно надуло.
Он едва коснулся моего локтя.
– Тайна, давай уедем отсюда?
– Мне и здесь распрекрасно. Да и у тебя, я заметила, есть свои дела в этом городе.
