Как бы в императорском дворе не зародилась новая инфекция!
Глава 20
Раз у нас возникла столь мощная вспышка неизвестной инфекции, придётся отложить и приём, и работу в дневном стационаре. Дело серьёзное. Если даже инфекционистам справиться не удаётся, значит, сегодня всем нам придётся попотеть.
Правда, с Владыкиным я ещё не закончил. Психолекарь оказался чересчур самоуверенным, и это сыграло против него самого злую шутку.
Он прямым текстом сказал, что Грима действительно принадлежит ему. Но сразу же после этого он попытался что-то сделать с моим сознанием.
Вероятнее всего, собирался промыть мне мозги. Решил стереть мне память или и вовсе превратить меня в послушную куклу.
Думаю, он и с Гавриловым сделал нечто подобное. Возможно, захотел приблизиться ко мне через моего напарника. Только подловить ему меня не удалось. Я быстро смог прервать прохождение его магического потока через основные структуры моего головного мозга.
Хотя, возможно, с помощью Гаврилова он добивается иных целей. В императорском дворе крутится столько интриг, что я уже ничему не удивлюсь.
"
"Вопрос теперь только в том, как мы оба поступим в следующий раз, когда Борис Геннадьевич вновь захочет воздействовать на меня своей магией. С одной стороны, я уже буду готов снова перекрыть доступ к подсознанию. Но с другой — и Владыкин к тому моменту уже будет понимать, что против меня нужно использовать другую тактику.
Опасный противник. И магия у него крайне опасная. Вряд ли лекарская. Скорее всего, что-то вроде телепатии. Он — менталист, и остальные сотрудники клиники должны это понимать.
Раз он умеет брать под контроль людей и промывать им мозги, то на него должны действовать какие-то ограничители. Так ведь при должной подготовке можно и на императора Российской Империи свою силу направить!
Мне нужно больше информации, чтобы бороться с ним. И сбором данных я займусь сразу же после того, как разберусь со вспышкой инфекции.
— Мы с вами ещё поговорим, Борис Геннадьевич, — холодно произнёс я. — Не думайте, что я так просто забуду всё, что мне удалось на вас нарыть.
— А у вас на меня ничего нет, Павел Андреевич, — развёл руками он. — И ничего не будет. Что бы вам ни рассказал один болтливый вороний клюв, использовать против меня эту информацию не выйдет. Лучше подумайте о том, чтобы мы ещё раз побеседовали в прежнем формате. Своей участи вам всё равно не избежать.
— А это мы ещё посмотрим, господин Владыкин, — сухо усмехнулся я и покинул кабинет психолекаря.
Он прав только в одном.
