В зеркальном отражении жизни, книга "Психолога вызывали?" погружает читателя в мир жестоких сцен и невыносимой боли, где каждый вздох кажется последним. Страшная атмосфера дикого неразберихи и ужаса влечет за собой волнующий сюжет, который невозможно оторваться.
Стоящие рядом мужчины тоже стали заглядывать ко мне в декольте. Так сказать, принц обеспечил мне бесплатную рекламу.
— Отомрите, Ваше Сиятельство, — прошептала я, — ответьте на моё приветствие, и я пойду наконец, ноги уже сводит, да и подумают невесть что. Принц вздрогнул и кивнул. Я выдохнула и ушла. А императрица тоже здесь? Я оглянулась.
Матерь тоже присутствовала, восседая на троне с радостно суетившейся у неё на коленях Люськой. Императрица смотрела на меня мрачно. Подозрение сквозило в её взоре.
Теперь надо мной никто не хихикал, но шептался.
— Это не то, что вы подумали! Но не буду же я про пуговицу признаваться.
Среди гостей закурсировали слуги с подносами. А не пригубить ли мне? Я подхватила бокальчик и забилась к стеночке. Что там у меня? Вино белое, кислое. Ни уму ни сердцу. Вот проблемы у меня были со вкусовыми ощущениями. В Москве я с подружками частенько забегала на винные выставки. Девочки вдыхали аромат, пробовали и рассказывали про вкус мяса, запах старых носков, нотки чернослива и аромат кошачьей мочи.
А вот настойки, ликеры уважала разные. Столько не пить, сколько делать. Легкие, сладкие и абрикосовые, мятные, на киви. У меня слюнки потекли.
Фейхоа! Я придумала, что из нее делать. Настойку полезную, женскую. Только нужно что-то типа водки.
В голове приятно зашумело. Настроение приподнялось. Потянуло на охоту. Где там мой локон? Рядом стоял вьюноша, лет двадцати, тощенький, чтоб прямо жалко его стало — захотелось обнять, приложить к моей груди и поцеловать в лобик.
Я отдала бокал слуге. Придвинулась поближе и повела округлым плечиком. Вьюноша подавился и закашлялся. Стоп милый, ты только не помирай от удушья. Я легонько постучала его по спине одной рукой, а второй придержала, чтобы не сбежал.
— С вами всё хорошо? – Томно прошептала я ему на ухо, поднимаясь на цыпочки, чтоб ему в глаза бросилась моя тяжелая артиллерия. Его взгляд остекленел. Клиент готов.
— А меня Никафондора зовут.
— А меня, — начал он, заикаясь.
Когда у меня над ухом раздалось возмущенное шипение:
— Граф Хренов его зовут.
Принц вцепился мне в руку и потащил в угол. Запихнул меня туда и навис как одинокий утес над бескрайним морем:
— Я специально сходил сейчас к себе и проверил свой гардероб. Что ты делала в моей комнате? Камзол пропал. У тебя на шее моя пуговица.
Главное в такой ситуации что — отпираться. Я икнула:
— Неправда ваша.
