Вся жизнь Готье была ложью, с которой он теперь не собирается мириться.Джером больше не согласен оставаться в тени и плыть по течению.И только Скэриэл по-прежнему хладнокровно преследует свои цели, идет по головам, сметая все на своем пути.Чистокровным, полукровкам и низшим стало слишком тесно в Октавии.Грядут большие перемены.Грядет Ренессанс....
Что бы я ни делал: высокие оценки – конечно, конный спорт – легко, – он принялся агрессивно загибать пальцы, – участие в шахматном турнире – запросто! Но отец ничего этого не замечает! Зато если Оливия чихнёт в своей комнате, – тут он указал пальцем в сторону, слово комната сестры была расположена в моём доме, – то он мигом прибежит к ней с лимонным чаем, сам, даже прислугу не позовёт! Что мне оставалось делать? Я из кожи вон лез, чтобы добиться его одобрения, – он раскинул руки в стороны, – и что получал в ответ? Ни-че-го.
Мы со Скэриэлом замерли.
– И тогда я решил, – глаза Оливера блеснули, – а почему бы просто не позлить его? Раньше я делал всё, лишь бы он меня заметил, похвалил, гордился мною! Не сработало. – В его голосе послышались истеричные нотки. – Ему плевать на весь мужской род, в том числе и на меня. Я подумал: а что, если выбесить его сильнее, разозлить, наплевать на его чувства, как он плюёт на мои? Кого он не любит? Мужчин? О чём он печётся? О своей репутации и репутации Академии Святых и Великих.
Оливер зажмурился, словно от головной боли, помассировал виски и продолжил:
– Думал, потусуюсь с Бернардом просто назло отцу, тем более он классный. И попал! – грозно проговорил он, словно совершил самую большую ошибку в жизни. – Да, признаюсь, я тоже в каком-то смысле его использовал, но в итоге это он вот-вот меня подставит!
Оливер затих, уставившись куда-то вниз.
– Я помогу тебе, если ты этого хочешь, – наконец спокойно произнёс Скэриэл. Он никак не прокомментировал всю эту гневную отповедь.
Оливер насмешливо посмотрел на Скэра и хмыкнул:
– Как?
– Если этот ваш Дон бывает в Запретных землях, я могу достать компромат на него. Око за око. Шантаж за шантаж.
– Какой компромат? – насторожился я.
Помнится мне, Скэриэл уже использовал свои связи, чтобы достать фотодоказательство того, что Оскар и Билли планировали меня подставить.
– Если он снимал в клубе кого-нибудь, – Скэриэл обратился ко мне, затем к Оливеру, – то я могу достать фотографии с камер видеонаблюдений. Или если он покупал или принимал наркотики.
– Ты это можешь? – охнул Оливер, впервые посмотрев на Скэра с надеждой.
– Придётся постараться, – задумчиво протянул Скэриэл, явно красуясь или набивая себе цену. Невольно я усмехнулся. Но от сердца у меня уже отлегло.
