Эффект с размытыми мушкой, целиком и мишенью пропадает напрочь, и видно всё чётко. Главное выставить на целике правильную дистанцию.
Я потянул спусковой крючок, и приклад весомо, но в то же время мягко толкнул в плечо. Секунда, и ливонец нелепо взмахнув руками, опрокинулся на спину, сорвавшийся же с его руки «Шар» устремился вверх, где и взорвался гулко, весомо, но совершенно безвредно.
— Вот так, а то разошёлся тут, понимаешь, — удовлетворённо хмыкнул я.
— Отличный выстрел, Пётр Анисимович. У меня просто нет слов, — подойдя, ко мне, развёл руками капитан.
— Я же говорил, что хорошо стреляю, — улыбнулся я в ответ.
— А чем это вы его достали?
— Стреловидная пуля, она быстрее, точнее и мощнее круглой. А тот ливонец похоже решил не вкладываться серьёзно в «Панцирь», вот и огрёб.
— Похоже на то, — согласился капитан.
В этот момент во дворе рванула очередная граната, и я ощутил лёгкий тычок в бок. Хм. Окажись на пути этого осколка семиранговый одарённый со стандартным «Панцирем», и его однозначно срубило бы.
Что же до меня, то и двадцатичетырёхфунтовое ядро в упор не справится. Оставшегося запаса ещё и на залп взвода фузелёров с лихвой хватит. Так что, я даже пыль стряхивать не стал. Просто незачем, я ведь уже успел весь изваляться. Мало ли, что осколки меня не достанут, это ведь не повод на ровном месте разряжать амулет…
Нашим пушкарям так и не удалось заткнуть вражескую батарею, разве только они стали промахиваться, что тоже хлеб. Кронпринц же, лишившись своего высокорангового офицера приказал начать штурм.
Пехота стройными рядами пошла в атаку, впереди солдаты с фашинами.
Достаточно много, а вот корзин с грунтом не видно. Не иначе как в полку имеются сапёры-земельники. В этом случае вязанок веток будет достаточно, землёй на месте обеспечат одарённые. Пятиранговых более чем достаточно. А иначе фашины будут разъезжаться под ногами.
Пушкари тут же переключились на атакующих. В воздухе вспухло первое пороховое облачко. Попадание двух картечин в щит длинной десять сажен и высотой в одну на дистанции в тысячу шагов, считается отличным результатом.
Тут же я увидел как упали сразу пять фигурок, причём на расстоянии чуть больше версты. И это при всём несовершенстве получившегося снаряда с всего лишь тремя десятками картечин…
— Хруст, Зима, стреляйте по офицерам, — приказал я, когда наступающие приблизились на шесть сотен шагов.
— Слушаюсь, — чуть не в один голос отозвались они."
"Сам я приник к ружью и выбрал себе первую цель.
