На голове они такие же, только прямые, ниспадающие ниже ягодиц. Да блин картинка! А ещё это её вызывающее поведение…
— Арина Егоровна, не стоит задавать вопрос, ответ на который вам и без того известен, — даже здесь мне пришлось справляться со слегка пересохшим горлом.
— А вам, Пётр Анисимович, не стоит столь явственно демонстрировать свою заинтересованность, — скорее выплюнула, чем произнесла она.
— А чего вы от меня ожидали? Уж простите, но содомия не мой конёк. И вообще, другие относились ко мне с пониманием, и не обращали на это внимания.
— Другим возможно не доводилось ловить на себе похотливые взгляды.
— Это когда я…
— Ещё в гимназии. И после случалось, — перебила она меня.
— Не похотливые, Арина Егоровна, а оценивающие. И вообще, если не желаете, чтобы мужчин на вас пятились, не старайтесь быть красивой. Хотя, даже в этом случае непременно найдётся тот, кто сочтёт вас привлекательной.
— Я бы попросила…
— Арина Егоровна, вот ей богу, нам сейчас некогда. Давайте продолжим в реальном мире.
Здесь нам предстоит много работы, а времени всего лишь час.
Девушка выдержала паузу смерив меня взглядом, наконец выдохнула опустив руки и отвела взгляд в сторону. Кажется её отпустило. Хотя и непонятно, с чего она завелась."
"По просьбе Долгоруковой, я взялся подкорректировать офицерам полка их плетения. Всё же прибавка даже в пять процентов, является неслабым подспорьем. Одна беда, делать это необходимо в изнанке, где время нахождения строго ограничено. Тот факт, что я могу находиться там три часа, ничего не менял, мне ведь и собой нужно заниматься.
Поэтому процесс изрядно затянулся.
Были среди них и девицы, и зрелые женщины, но всё прошло штатно. Кто-то сделал вид, что не заметил мою реакцию, кому-то она польстила и они прошлись по моим желаниям скабрёзными шутками. Больше всего я боялся отправиться в изнанку с Лизой. Она ведь у меня реальная красотка и выказать влечение к ней было бы… Да чёрт его знает, чем это было бы. Потому и тянул до последнего. Но вчера я всё же подкорректировал плетения сестры.
И слава богу всё прошло отлично, я лишь отметил её красоту, о чём даже сообщил ей, но моя плоть осталась безучастной к этой привлекательной картине…
Хлесь!
Нормально, да!?
Не успели мы вернуться в реал, как боярышня Столбова отпустила мне затрещину, от которой у меня перед взором поплыти круги. Смерила злым взглядом и резко развернувшись вышла из палатки. Я же остался сидеть в походном кресле потирая горящую щёку.
