То есть…Его ничего не смущает?! А как же желание взять в жены невинную и чистую, непорочную овечку?! То есть…все зря?!
Глупая! Какая же я дура! Опираясь на слова отца, подумала, что господина Алимова остановит мой развратный внешний вид! А вышло все с точностью наоборот: Алан пожирает, раздевая меня взглядом. И мне до зуда в пальцах хочется прикрыться.
Официант приносит блюда и вино, и родители начинают неспешный разговор, обсуждая свадьбу. Я смотрю в окно, налегая на игристое бокал за бокалом, и делаю вид, что меня никак не касается происходящее.
– Даниэла, – Алан касается моей руки, и я вздрагиваю, резко отдергивая конечность. В месте прикосновения остается ожог, а через тело как будто пропускают электрический ток.
– Что?
– Проверка. Ты ее не прошла.
– Какая еще проверка?
– Ты выходишь за меня замуж, никто не должен знать, что наш брак слегка…скоропалителен, – усмехаюсь, едва сдерживаясь, чтобы не рассмеяться в лицо этому нахалу. Как можно быть таким циничным и расчетливым?!
– И что вы от меня хотите?
– Чтобы ты изображала влюбленную и счастливую невесту, а не шарахалась от меня, как от маньяка.
И меня разрывает. Сказывается напряжение последних суток, нервы сдают окончательно. Поэтому я, не стесняясь, вываливаю весь скопившийся гнев на голову Алимова.
– Это невозможно. Потому что я вас не люблю и никогда не смогу полюбить! Именно поэтому не выйду за вас замуж, ясно?! А свой долг я вам обязательно верну! Деньгами! И вообще у меня уже есть молодой человек, и он вот-вот приедет сюда! Всего доброго! Желаю скорее найти более покорную и покладистую невесту!
Вскакиваю со своего места несусь на выход, не обращая внимания на окрики родителей.
Глаза начинает щипать от слез, и я машинально вскидываю голову, чтобы они не пролились.
Из-за этого на выходе с разбегу врезаюсь в молодого человека. Он приобнимает меня за талию, удерживая на месте и прижимая к своему сильному телу. Ослепительно улыбается, и его взгляд сразу же ныряет в мое декольте.
Чччччерт! Совершенно забыла, в каком я виде!
Краснею до кончиков ушей, открываю рот, чтобы извиниться и осторожно выпутаться из крепкой хватки незнакомца, но слова так и застревают в горле.
К нам неспешной походкой направляется Алан Алимов. Серьезный и злой. Очень, очень злой. Он буквально испепеляет взглядом руку мужчины, что лежит на моей пояснице.
Наверно, во мне говорит выпитое игристое в изрядном количестве, потому что я не отдаю отчет в своих последующих действиях.
