Прелесть! Последний раз спаривал три месяца назад — потомство жду великолепное. Такая псина все равно что автомат Калашникова.
— Пойдемте посмотрим мамашу… Но я могу надеяться, что первым буду выбирать щенков? Я бы двух взял, если позволите. Я с сыном приеду и с управляющим по дому…
— Константин Викторович, вы не тот клиент, которому я мог бы отказать. Пойдемте, — и Муравьев пошел дальше вдоль загонов с собаками, жестом пригласив господина следовать за собой.
Майор Пилюгин въехал на автостоянку рынка в Коньково и остановился неподалеку от входа в павильон.
С ним в машине была десятилетняя дочь Галка, шустрая черноволосая девчонка со смекалистыми глазами. Пилюгин посмотрел на часы и сказал:
— Ждешь десять минут, а потом пойдем покупать матери фрукты, лады?
— Лады, — согласилась Галка. — Но с тебя мороженое, не забыл?
Пилюгин выбрался из машины, купил в ларьке с мороженым вафельный стаканчик, отдал дочери и неторопливо пошел к пивному ларьку на краю автостоянки, время от времени посматривая по сторонам.
Он был в штатском, но под расстегнутым пиджаком при ходьбе под мышкой мелькала пистолетная кобура.
Пилюгин подошел к ларьку. Трое парней в джинсах и кожаных куртках покупали пиво. Майор остановился в нескольких шагах от них, закурил и вновь посмотрел по сторонам.
Неожиданно откуда-то сбоку вынырнул худощавый малый лет двадцати пяти, в черной бейсболке и клетчатой суконной куртке.
— Привет, Геннадьич. Мне бы джина с тоником — с бодуна я большого.
Пилюгин шагнул к окошку, сунул туда две десятки, получил жестяную банку.
Они с парнем отошли в сторону. Парень откупорил банку, сделал большой жадный глоток и сказал:
— Ну, я навел справочки. Никто этого хмыря Табиева не знает. Залетный какой-то.
— С кем говорил? С разной шушерой?
— Нет, пацаны толковые. Почти всех торговцев оружием знают.
— А я тебе что-нибудь про оружие говорил?
— Нет. Сам додумал.
— А тебе не надо думать, Клюшкин. Тебе узнать надо было.
— Да что узнавать-то? Вы мне что сказали: Юрий Табиев — и все дела. На чем его взяли? Наркота? Оружие? Проститутками торгует? Хорошую ориентировочку вы дали — пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что… Сам-то он кто? Чечен?
— Балкарец.
Да какое это имеет значение? — раздраженно проговорил Пилюгин. — Я тебя просил с серьезными людьми поговорить.
— Взяли-то его на чем?
— Тротил и гексоген… видимо, с какого-то военного склада в Кабардино-Балкарии, — неохотно ответил Пилюгин. — Он уже труп.
— Труп? — испуганно переспросил Клюшкин.
